Переломная точка

— Я… мм… принесла твои ключи, — запинаясь, произнесла я, когда больше не могла вынести повисшего между нами молчания.

Блейн ничего не ответил, и я, сглотнув, продолжила объясняться:

— Послушай, я… мм… мне очень жаль. — Собравшись с духом, я вскинула подбородок и посмотрела ему в глаза.

— Ты можешь брать машину в любое время, когда захочешь, — пожав плечами, ответил Блейн.

Моё лицо вспыхнуло из-за того, что он неправильно понял мои слова, и теперь мне нужно было объясняться более точно. Сглотнув, я с трудом заставила себя говорить:

— Я имела в виду, что сожалею о том… как вела себя. В машине. И о том, что наговорила в доме. Я… хотела выместить на тебе обиду, и это было неправильно с моей стороны… мне очень жаль.

От снедавших меня вины и стыда хотелось сжаться, но я стоически отказывалась поддаваться порыву и пытаться себя жалеть. Сейчас дело было не в том, что я чувствовала себя крайне паршиво — потому что так и должно было быть. В данный момент я пыталась извиниться перед тем, с кем повела себя отвратительно.

Блейн рывком затянул меня в свой кабинет и закрыл за нами дверь. Обхватив ладонями моё лицо, он выдохнул:

— Ты, наверное, шутишь? Ты извиняешься передо мной за лучшую поездку, которая когда-либо случалась в моей жизни?

Мой мозг с трудом пытался осмыслить его слова:

— Что?

Блейн негромко рассмеялся:

— Кэт, в любое время, когда тебе захочется перебрать со спиртным и пуститься в эротические фантазии, у меня не возникнет с этим никаких проблем. При условии, что я всегда буду тем, кому ты позвонишь.

— Значит, ты не злишься на меня?

Его пальцы погладили мою щеку.

— Я злюсь на себя за то, что ранил тебя. Злюсь, потому что сказал и сделал нечто такое, что оттолкнуло тебя, заставило тебя почувствовать себя так, словно ты не можешь мне доверять. Но злюсь ли я на тебя? Нет.

Я покачала головой.

— Даже если ты не злишься, я всё равно была неправа. Мои намерения были неправильными.

— Ты хочешь сказать, что не хотела, чтобы я был с тобой прошлой ночью? — спросил он, и его голос теперь понизился, отчего по моей коже пробежали мурашки. В глубине его глаз тлел зелёный оттенок, и я не могла отвести от него взгляд. Каким-то образом Блейн оказался ещё ближе, и наши тела теперь почти соприкасались. — Ты не хотела, чтобы я тебя касался, доводил тебя до оргазма? Не хотела меня в своём рту, на своём языке? Потому что должен тебе признаться, — его губы опустились к моему уху, и я закрыла глаза от ощущения его тёплого дыхания, — это то воспоминание, которое я заберу с собой в могилу.

Моё сердце теперь уже вовсю колотилось в груди, чувство стыда после его слов было забыто, и когда наши взгляды снова встретились, глаза Блейна опустились к моим губам, заставляя меня нервничать так, словно он собирался поцеловать меня впервые.