Двери во Тьме

Он теперь вообще по оружию всерьез работать взялся, там много полезного.

– Спасибо, гляну, – поблагодарил я его, пожав руку. – Счастливо.

– Береги себя.

Вроде потеплело, а небо тучами начало затягивать. Опять снег скоро повалит, похоже. По дороге на выход в булочную заглянул, купил свежих баранок. Их с маслом под чай – и баиньки, только после того как к этому самому кудеснику Петракову заеду. До Васнецова от рынка всего ничего – пара минут, это через улицу буквально.

«Металлоремонт», занимавший половину этажа двухэтажного, в прошлом купеческого особняка, нашелся сразу, вывеска была большая. Припарковал машину, толкнулся в дверь, оказавшись в решетчатом тамбуре.

– Давай посвечу, – сказал невысокий коренастый мужик в синей спецовке поверх свитера, выходя из-за высокого прилавка.

Посветил, все как полагается, убедился, что я бесами не одержим. Дверь в тамбуре открылась, пропуская меня внутрь мастерской.

Хозяин был лыс, причем голова не обрита, а просто волос на ней не было. Даже бровей и, кажется, ресниц. Интересно, борода у него растет?

– С чем пожаловали? – спросил он, заходя на свое законное место за прилавком.

В мастерской пахло металлом, маслом и чем-то еще, как возле железной дороги. Я неторопливо, чтобы хозяина не напугать, вытащил из кобуры кольт, выбросил в ладонь магазин, затем положил на прилавок.

– Такие прицельные на ТТ делаете?

– Делаю, отчего не делать? – оглядел он оружие мельком. – Сзади на «ласточкин хвост» посажу, спереди на болтик. Годится?

– А дорого?

– Двести за комплект с установкой.

Это дорого. Реально дорого по нашим ценам, но я даже секунды раздумывать не стал. Полез в сумку, достал оттуда ТТ, положил на деревянную поверхность прилавка, забрав кольт.

– Делайте.

– Хм, – сказал Петраков, взяв пистолет в руки. Пальцы у него были почти черными от намертво въевшегося масла. – Довоенный выпуск, такие ценятся. Гладко все, чисто, аж блестит. А то тэтэшники военного мне на полировку и воронение приносят. Такие выпускались, что в руки взять нехорошо, – как пьяный фэзэушник напильником делал.

Я немного споткнулся о слово «фэзэушник», но потом сообразил, что так в том слое, откуда Петраков провалился, называли наших пэтэушников. Или кто там теперь вместо них.

– Знаю.

– Дня три мне надо, заказов много, – сказал мастер.

– Никакой спешки, есть из чего стрельнуть.

Тут мой взгляд наткнулся на висящий на стене чертеж, изображавший американский карабин М1 в сильно измененном виде, со складным прикладом и вертикальной рукояткой на цевье.

– А это что, реально? – уточнил я.

– Что? – не поняв сразу, обернулся к плакату Петраков. – Ну да, делаю и такое. А что, нужно?

– Да очень бы не помешало… а вживую как-то глянуть можно?

– Сейчас.