Тление

— Да, я просто говорю, что эта сила может иметь больше одного источника.

— Я не знал, что он способен кормиться на страхе. Выходит, назваться Деймосом он решил вполне обоснованно, — заметил Джейк.

— Ужас перед битвой способен захватить сердце человека и лишить его храбрости, — сказала я.

— Да, вероятно, после стольких лет он больше не желает зваться просто Драконом, учитывая, что его имя означает в Греции.

— Вампиры вольны сами выбирать себе имена, — сказал Жан-Клод.

— Возможно, из-за того, что Дракон, член Совета, еще жива, он не хочет оскорбить ее, назвавшись аналогичным именем, — предположил Джейк.

— Никто бы не желал бросить ей вызов — случайно или намеренно, — согласился Жан-Клод.

— Ладно, будем звать его Деймосом, — сказала я. — Как нам его убить?

— Нам необходимо обезглавить его физическое тело, — ответил Джейк.

— Ты говоришь о теле — имеешь в виду его человеческую форму или оригинальную змеедраконистую? — уточнила я.

— Его близнец был повержен в драконьей форме, однако иной у него не было, так что, вероятно, Деймос должен находиться в своей драконьей форме, чтобы его можно было убить, однако наверняка я этого не знаю. Я давно уже о нем не слышал и предполагал, что он мертв, как и все те, кого нарекали драконами, не считая члена Совета и чудовищ из современной науки.

— Кто-то еще может рассказать нам побольше об этом драконовампире? — поинтересовалась я.

— Я проверю, есть ли еще такие среди нас, — ответил Джейк, и я знала, что он говорит об Арлекинах.

Я немного привалилась к Нечестивцу. Глянув на Ричарда, я обнаружила, что он прилагает усилия, чтобы не хмуриться в нашу сторону.

— А ты чего бодрячком?

Я нахмурилась, но выпрямилась и начала отстраняться от Нечестивца. Он не пытался удержать меня на месте — просто подвинулся, чтобы Ричард мог положить руку на спинку сиденья. Прежде, чем отстраниться полностью, я мягко поцеловала Нечестивца. Этим я заслужила улыбку, и она того стоила. Я переместилась на другую половину сиденья и прислонилась к Ричарду. Мое тело оставалось напряженным, и я никак не могла расслабиться, потому что Ричард не понимал меня и… Но как только он поплотнее ко мне придвинулся, его тело стало ощущаться как большое теплое одеяло и чашка горячего кофе, а именно в этом я сейчас и нуждалась. Вот черт.

— Могу я тебя обнять? — спросил Ричард.

— Ты уже, — даже эта фраза у меня прозвучала ворчливо.

— Можно я обниму тебя рукой?

Я поглубже вдохнула и медленно выдохнула.

Он обхватил меня рукой за плечи, и я поудобнее устроилась у него в объятиях. Было приятно, но я по-прежнему боролась с собой, не желая расслабляться, когда заговорил Натэниэл:

— Все в порядке, Анита, ты можешь потрогать его в ответ. Он милый, хоть и не в моем вкусе, так что позволь себе его коснуться.