Тление

— Ареса, греческого бога войны? — переспросила я.

— Того самого, — ответил Джейк.

— Греческие боги — это же просто миф, они не существуют, — встрял Ричард.

— Когда-то они существовали, Ульфрик.

— Почему «когда-то»? — не поняла я.

— А почему христианский бог прекратил разжигать кустарники и посылать ангелов на землю, чтобы сеять ужас и разрушать города?

— Так было в Ветхом Завете, — заметил Ричард.

— Подумай в том же ключе о римских и греческих богах, — посоветовал Джейк.

— Хочешь сказать, ты встречал Ареса? — спросил Натэниэл.

— Нет, но я встречал его сына — Дракона, близнеца исменского дракона, убитого Кадмом.

— Не может дракон быть близнецом человеческого ребенка, и мне плевать, сколько древнегреческих богов в этом замешано, — отрезала я.

— Люди и драконы — это совершенно разные виды, — подтвердил Ричард.

— Какими же они были? — поинтересовался Ричард.

— Существами иной расы, как джинны, дивный народец фейри и многие другие, кто исчез вместе с былыми эпохами, оставив за собой лишь мифы и предания.

— Мы встретили их в Ирландии, — вспомнил Натэниэл. — Большинство из них выглядели совсем как мы, но их энергия… отличалась. — Его лицо озарилось воспоминаниями — приятными воспоминаниями. У меня бы Ирландия такой улыбки не вызвала из-за того инцидента с Домино, Ру, Родиной и их братом Родриго. Мы встретили дивный народец — настоящих чистокровных фейри, когда пытались найти способ остановить банду одичавших вампиров. Нас похитили, заковали, Натэниэлу отрезали волосы, которые были ему почти по щиколотку, пригрозили вернуться и отрезать те части, которые уже не смогут вырасти заново. Когда я думаю об Ирландии, то первой на ум приходит смерть и ужас от того, что едва не произошло там.

Разговор тем временем продолжался уже без моего участия: Ричард считал, что встретить живого фейри в старом свете было бы потрясающе, Натэниэл тоже был в восторге, а у меня в голове застряла, как заезженная пластинка, смерть Домино, и тот факт, что я чуть не потеряла Натэниэла. Родриго принял за него выстрел из дробовика прямо в грудь — спас его, Дамиана и меня. И тот же Родриго убил Домино у меня на глазах, хотя позже принес себя в жертву, чтобы спасти нас. Я прокатила его метафизически, так что он вынужден был встать на нашу сторону. Он убил одного моего любовника и спас двух других, одним из которых был Натэниэл.

— Анита, — позвал меня Натэниэл.

Я моргнула и уставилась на него.

— Прости, я что-то крепко задумалась.

Он подарил мне ту грустную улыбку, которой всегда улыбался, когда речь шла об Ирландии.

— Я знаю, о чем ты думаешь, и мне бы хотелось, чтобы ты могла вспомнить больше счастливых моментов из нашей поездки в Ирландию вместо того, что зацикливаться на ужасных.