Ткань наших душ

Может, это все вино, но я очень хочу знать. Кросби был соседом Лиама по комнате до меня. Что с ним случилось? Он тоже исчез?

— А кто такой Кросби? — спрашиваю я, прикипев к Лэнстону взглядом.

— Ушёл, — восклицает Лиам, а Лэнстон рассеянно смотрит на настольную игру. — Давайте уже поиграем.

Мне нужно спросить Лэнстона наедине, иначе я никогда не получу ответа.

Я беру карточку, Лэнстон тоже. Мы просматриваем правила, повторяем движения и начинаем играть раунд.

Какая странная история. Интересно, были ли они настоящими людьми. «Харлоу», безусловно, настоящий, и комнаты, кажется, тоже. После того, как я услышала рассказы девушек о людях и увидела плакаты о выезде и безопасности, считаю, что это должно быть по крайней мере частично реально. Сама доска странная, с изображениями насекомых и костей, разбросанных по комнатам, как украшения. Я уже видела эти изображения раньше…

Дневник Лиама.

Откуда у него записи об этой игре? Его дневник был переполнен исследованиями, некоторые из которых были написаны на латыни.

Он тоже верит в это.

Мне нужно еще раз взглянуть на его дневник.

Мы заканчиваем игру и смеемся, выпивая еще несколько стаканов, прежде чем мы с Лиамом возвращаемся в свою комнату. Уже далеко за полночь, а он с гримасой на лице продолжает проверять свой телефон.

Я дважды спрашиваю его, что случилось, но он не отвечает, поэтому прекращаю разговор.

Спрошу его завтра.

ⅩⅠ

Уинн

Первая неделя прошла не так уж и плохо.

Джеймс регулярно пишет мне смс, убеждаясь, что я принимаю лекарства и следую всем рекомендациям психологов. Я говорю ему, что все хорошо. Да, обычная рутина, но ничего страшного.

С этим можно справиться, напоминаю я себе."

"Снотворное очень помогает. Я сплю всю ночь и просыпаюсь утром хорошо отдохнувшей. Лиам не будил меня больше с первой ночи. Судя по тому, что я вижу, как он одевается утром, у него нет новых порезов, так что, надеюсь, это означает, что он больше не убегает тайно.

Отдельной историей было избегание мужского расписания принятия душа.

Я не стесняюсь своего тела. Нет. На самом деле, я думаю, что выгляжу довольно хорошо.

Но я ненавижу, когда люди смотрят на меня.

Раннее утро — это единственное время, когда я (и еще несколько женщин, которые встают рано) могу попасть в ванную комнату. В среду я проснулась поздно, а в душ пошла в девять.

Никогда. Опять.

Мужчинам было на что посмотреть, и каждая кабинка была заполнена. Кто-то трахался, кто-то беззаботно пел и наслаждался душем, а я, как олень в свете фар, старалась зайти и выйти как можно быстрее.

Слава Богу, что Лиама там не было.

На выходе я столкнулась с Лэнстоном, и глубокий красный цвет его щек подсказал мне, что он, должно быть, видел каждый дюйм моего тела.

С этим можно справиться.

Сессии уже становится все легче выдерживать.