Тиран моей мечты

— Обещаешь? — он встрепенулся и перешел на «ты». Видимо, под впечатлением забыл свое желание казаться вежливым маленьким жуком.

— Обещаю.

Естественно, мне пришлось отменить все собеседования — какие собеседования с шестилетним ребенком в приемной? Это будет дурдом, а не собеседования.

Сидел спокойно Ярик примерно час. Потом начал ерзать на диване, сопеть, вздыхать. Дитю явно было скучно, и даже мультики не помогали.

Как я его понимаю! — Слушай, Ярик, — улыбнулась я, высовываясь из-за стойки. — А ты буквы знаешь? — Знаю, — ответил ребенок гордо.

— А читать умеешь? — Конечно.

— Хорошо читаешь? — Ага.

— А давай проверим? Я тебе фразу напишу, и если сможешь ее прочитать, получишь шоколадную конфету.

Я как раз недавно обнаружила наполовину съеденную коробку конфет в Лерином столе, а так как меня периодически тянуло на сладкое, позвонила ей и спросила, можно ли съесть эти конфеты. И, получив добро на поедание, постепенно методично уничтожала."

"— Если, конечно, у тебя нет аллергии на шоколад, как у твоего папы.

— Неа, — ребенок радостно помотал головой. — У меня нет.

— Тогда я сейчас кое-что напишу, и если прочитаешь, будет тебе приз.

Я вытащила листок из принтера и сначала написала на нем фразу: «Мой папа очень важный начальник и не любит, когда с ним спорят», а затем переделала ее, переставив буквы в обратном порядке.

Получилось «Йом апап ьнечо йынжав киньлачан и ен тибюл, адгок с мин тяропс». Я переписала это на другой листок, усмехнулась и пошла с ним к Ярославу. Ну, отпрыск гениальности, сейчас посмотрим, унаследовал ли ты эту самую гениальность у своего отца. И не только гениальность, но и упорство с упрямством.

Конечно, это задание — слишком сложное для его возраста, но вдруг? Надоест — дам другое. Я в шесть лет обожала такие вот перевернутые фразочки больше обычных книг.

Чем дольше Ярик смотрел на выведенные мной буквы, тем сильнее у него открывался рот и таращились глаза.

— Что это?! — Это шифр. Сначала надо разгадать, а когда разгадаешь, сможешь прочитать.

Мальчишка нахмурился.

— Так нечестно! — Почему? — подмигнула ему я. — Все честно. Если прочитаешь, получишь конфету. Ну, будешь пытаться или сразу сдашься? Конечно, не мог он сдаться после подобных заявлений. Весь в отца.

— Я прочитаю! — Хорошо, — кивнула я и вернулась за свой стол. Даже интересно, справится ли он с этим заданием? И если да, то как быстро? Минут двадцать ребенок пыхтел над листочком, а потом из кабинета вышел Назар Миролюбович.

— У вас тут какая-то подозрительная тишина, — пробормотал он, оглядывая приемную.

— Я Ярику задание дала.

— Да? — Черный подошел к сыну, поизучал листочек. — Киньлачан… Это что за язык такой, Тина? — Оборотный это язык, — ответила я весело. — Язык-наоборот.