Тимиредис

А потом догнавшая пацана сестра благодарила лейтенанта, и, пока они изъяснялись на викинговском, Аскани куда-то исчез. Могло ли это быть случайным совпадением?

«Не знаю, кузнечик. Предлагаю так — я сейчас попробую засечь злобомер на руке Аскани. Ты пойдёшь со мной. Кай и Лив останутся тут под присмотром Танши и Борина. Не очень хочется мне разделяться… но думаю, так выйдет быстрее. И прекрати изводиться — ещё десяти минут не прошло, как Аса видели в последний раз… И помнишь — он в щите. Так что не дёргайся и не отвлекай меня!»

Вслед за Шоном отошла в сторону. Лив попытался двинуться следом, но я покачала головой. Пока в магии он не очень.

— А ты — очень? — обиделся Рыжик. — Он и мой друг тоже!

— Я — лучше. И я делала амулет, который носит Аскани. Шон может его через меня почуять.

— Ладно, — вздохнул Лив.

— Следи за Каем, он у нас вообще никуда, — дала я задание.

Лив кивнул. Потом оглянулся:

— Если что, сразу зови!

«Аскани в щите, Аскани в щите», — повторяла я себе раз за разом…

Сначала мы с Шоном трусили, останавливаясь каждые несколько десятков шагов, чтобы оглядеться, позвать, прислушаться… Потом Шон вздохнул:

«Ты со своим беспокойством и мне все мозги отшибла! Что толку в бестолковой беготне, от которой уже задыхаемся и сердце из груди выскакивает? Давай-ка делать всё, как следует. Сейчас аккуратно наложу на нас невидимость и полетим. Плохо, что народу тут больше, чем на Ларранской площади в базарный день, а ауры вам с Асом я сам притушил… в контрольной сети теперь фиг что разглядишь! Эх, надо было маяки на всех повесить!»

«Шон, а если… если…» — Озвучить главный страх казалось невозможным.

«Поверь, кузнечик, ты бы сразу почувствовала, если бы он умер. Так что думать не смей о таком! Вот когда найду — сам убью!»

Невольно хихикнула. Да, Аскани в щите, который мамонту не проломить. И нет его всего двадцать минут. Отчего же я так волнуюсь?

Мы стремительно перелетали зигзагами — почти что прыгали — по какой-то сложной системе с места на место. Шон молчал, я, закусив губу, тоже. Просто открывалась и смотрела ему в глаза каждый раз, когда он этого требовал. Что Шон что-то нашарил, я поняла, когда нас неожиданно понесло в сторону. Ещё рывок, ещё… и мы оказались на непонятных задворках между внешним частоколом Арнегастхольма и деревянными почти привычного вида сараями. Закоулок был пуст, только прочь от нас убегал какой-то парень.

И это был не Аскани.

Глава 31

Самое неприятное чувство — это чувство собственного бессилия.Т. Карлейль

Но браслет был у него.

Пойманный Шоном лохматый подросток лет четырнадцати-пятнадцати смотрел на нас исподлобья как волчонок. И молчал.