Тимиредис

И прикрыла содеянное мороком, словно так всё и было. Не стала трогать только стул Бредли, Борин у нас и без моей помощи здоровый.

Сглотнула и начала:

— Я готова спорить, что лорд Танши не проиграет…

Вышло не особо уверенно. Но Могучерукий оживился:

— На какую ставку?

— Пятьсот империалов.

— Давайте тысячу. — Глаза конунга хитро блеснули. — Ведь вы не стали бы брать в посольство слабака?

Ещё и подначивает?

«Изобрази сомнение, потом неохотно согласись. И попроси меня разбить ваше пари, чтоб он потом на попятную не пошёл».

Это чему меня Шон учит?

«Честно, то есть без магии, делать деньги», — хмыкнул Ас.

Ладно. Поверю.

Через минуту довольный конунг грохнул кулаком об стол, давая сигнал к началу поединка."

"Радгарр атаковал немедленно — бросился вперёд и, резко замахнувшись с широкого шага, разрубил могучим взмахом секиры воздух там, где только что стоял Танши. Только Лиха на месте уже не было. В ауре нападавшего пламенем вспыхнула ярость, северянин закрутил головой, снова поднимая топор…

Наверное, Танши и вправду сильно обиделся или разозлился. Потому что перешёл в атаку сразу. Взвился перекрученным прыжком рядом с делающим разворот викингом и змеиным укусом выбросил вперёд тонкое жало меча, нанося укол в правую руку. Чуть над локтем, так, чтобы задеть нервы и покалечить сустав. А потом, приземлившись за спиной выронившего секиру противника, хлестнул лезвием горизонтально, вспоров радгарровские штаны и зад под ними.

Викинг взревел, толпа ахнула. Конунг грохнул кулаком по столу.

А наша белобрысая комета крутанулась волчком и двумя быстрыми ударами рассекла под коленями ноги не успевшего повернуться Свирепого.

«Он его обезножил, перерезал сухожилия, — качнул головой Ас. — Если у них нет магов вроде эльфийских, такое не залечишь…»

Я сглотнула.

Лорд Танши завершил круг вокруг упавшего на колени Радгарра. Походя уколол мечом в левую руку, которая тут же повисла плетью, на секунду остановился, глядя поверженному врагу в глаза, и произнёс громко, так, чтобы услышали все:

— Не задирай мужчин. Не хули гостей.

Лезвие блеснуло, остриё ужалило горло, прихватив на обратном ходу клок светлой бороды. Викинг захрипел, заваливаясь на спину…

— А не умеешь говорить — молчи!

Лорд Танши повернулся к нам, чуть поклонился:

— Он жив, я не стал омрачать смертью праздник. Но вряд ли сможет теперь говорить, ходить и драться. Есть ещё желающие что-нибудь мне сказать или предложить?

Конунг молчал. Остальные тоже…

Танши небрежно повёл плечиком, легко подхватил с земли секиру: «Трофей!» — и отправился на своё место.

Когда четверо мужчин унесли Свирепого с места его последнего боя, Ульхдаттвар повернулся ко мне:

— Золото принесут сегодня вечером к вам в дом.