Тимиредис

Утром Шон собирался обследовать океан к северу от Восточных гор, так что увидимся не раньше, чем завтра к вечеру.

Я вздохнула — ведь работает на износ! Жаль его…

«Зато интересно! И в каком месте износ у бессмертных драконов, ты чего?»

При такой постановке вопроса мои стенания стали казаться смешными.

К ужину потоп отступил до середины первого этажа, и появилась надежда, что к утру вода схлынет вовсе. Ближе к ночи Росс отправил адептов в общежитие со строгим наказом не соваться, куда не надо. Лошадей с козами оставили пока там, где они есть. Но директор сказал, что ликвидировать последствия постоя поручает лично нам с Асом. Я не возражала — справедливо. А магией десяти минут хватит. Лишь бы козы чего не сжевали…

Козы сжевали. Причём как!

Чтобы добраться до приглянувшегося им портрета одного из бывших деканов Белой башни, рогатые бестии сначала запрыгнули на широкий круп безропотной Морковки, а оттуда уже, встав на задние ноги, дотянулись до чем-то прельстившего их полотна. И слизали половину краски! Точнее, седую окладистую бороду… В результате козьих поправок лицо достойного мага растеряло всю строгость и мудрость, став круглым и толстощёким, как у заправского булочника.

Росс вздохнул:

— Нельзя было коз дальше вестибюля пускать. Сейчас снимем, уберём пока с глаз долой. А то у него, — кивнул на портрет, — в Белой башне сын — завкафедрой земледельческой магии, увидит кто, неудобно может выйти.

Эк я угадала с булочником!

Росс продолжил:

— Вода ушла, сейчас бегите на завтрак, а потом проверьте конюшню и гоните свой табун туда.

Я укоризненно уставилась на Волну:

— Ты куда смотрела? Я ж тебе поручила приглядывать, а?

Кобыла виновато понурилась. Вот! Пусть тренируется на козах, готовится к счастью материнства!

После миски варёной картошки с ложкой грибов и куском баранины настроение подпрыгнуло. Сейчас осмотрим конюшню, перегоним коней — и снова всё будет хорошо! С медитации Росс нас отпустил, так что времени как раз хватит.

Что не всё так хорошо, как кажется, я поняла, как только мы вышли из корпуса, с которого уже сняли щит. Под ногами был каток с вмороженными в него кусками льдин, пучками водорослей, сломанными ветками. Прямо по курсу изо льда торчал рыбий хвост. Аккуратно боком подъехала поближе. Палтус. Крупный. Наверное, надо разморозить и отдать на кухню. Палтусы, они вкусные.

Отнесли поварам добычу и побежали на второй заход. Точнее, не побежали, а полетели, потому что навернуться на неровном льду было запросто. Как мы коней-то по этому дефектному катку поведём?

Но это было только начало.

Что дело совсем нечисто, я поняла, завидев конюшню. На той не было крыши. Совсем. Похоже, потоп её снёс и уволок — то ли целиком, то ли по частям.