Тихоня для мажоров

Белого цвета колыбельная, с игрушками наверху, а рядом кресло-качалка, покрытое мягким пледом. Пеленальный столик, а рядом все необходимое: присыпки, памперсы, салфетки и стопка пеленок.

У меня тут же появляется ком в горле. Неужели он это сделал для меня и ребенка? Он знал, что я не сделала аборт? Или же все же Юля беременная?

Меня начинают мучить эти вопросы, но ответы на них может дать только Егор. Я выхожу из комнаты и ищу его спальню. Не знаю, сколько пробыла в детской комнате, но когда выхожу в коридор, понимаю, что уже поздний вечер. Включаю свет в коридоре, захожу в следующую комнату, щелкаю выключателем и понимаю, что попала в спальню Егора.

Здесь все настолько строго и холодно, что хочется добавить яркой мебели. Темные, почти черные обои, паркет и даже постельное белье без рисунков. И ни одного намека на присутствие женщины в этой комнате. Я захожу внутрь и касаюсь каждой детали. Бросаю взгляд на непонятные металлические фигурки, провожу по ним пальцем и чувствую такой же холод, как и от хозяина. Они статные, красивые, но мороз по коже только от одного взгляда на них.

— Я же говорил будь внизу, тут небезопасно, — раздается уставший голос Егора за моей спиной.

Понимаю, что сейчас мне проще смотреть на эти бездушные фигурки, нежели на Егора.

— Я не хочу быть виновником, если что-то с тобой случится. После сегодняшнего стресса, ты должна остаться под присмотром.

— У тебя будет ребенок? — спрашиваю то, что меня волнует на данный момент.

— Да, Юля. У меня будет ребенок, — серьезно отвечает Егор и проходит в комнату.

Мне страшно повернуться, потому что я попросту не могу этого сделать. Боль просачивается внутрь и заставляет сильно-сильно зажмурить глаза от подступающих слез. Весь ужас содеянного мною поступка лавиной обрушивается на мое сознание. Я понимаю, что сама во всем виновата, что я и только я отвернула Егора от себя, заставила его завести отношения и забыть о себе. Где-то внутри сознание всплывает сообщение о том, что Артем не забыл. Что никого не нашел и искал меня все время. Да, у него были девушки, но никого настолько серьезного, чтобы оборудовать детскую и завести ребенка.

— Мне не во что переодеться, — бесцветным голосом говорю я, стараясь ни о чем не думать и ничего не вспоминать.

— Можешь взять мою футболку и спортивные штаны.

Я поворачиваюсь к нему, но не смотрю в глаза, просто забираю вещи и аккуратно спускаюсь в свою комнату. Захожу в ванную и снимаю с себя всю одежду, включаю воду и встаю под теплые струи. Напряжение немного сходит, мышцы расслабляются и тело отпускает скованность. Не спеша моюсь и совсем не хочу вылезать из этого райского уголка. Тут спокойно, не нужно трястись от страха, думать и переживать.