Хулиган. Его тихоня

Я поймал ее за талию и усадил к себе на колени.

— Пусть они сходят за ней, — сказал я ей.

Ксюша покраснела и попыталась слезть с моих колен, но я крепко удерживал ее на месте.

— Ты здесь не для того, чтобы обслуживать их. Я надеюсь, это все понимают?

Череп тут же кивнул, Влад вообще был отстроенным, но это и к лучшему, а Даня, поднимаясь с кресла, сказал:

— Ясен пень!

А затем он помчался на кухню. Как только он ушел, Череп подтолкнул отвоеванную тарелку в сторону Влада, делясь со своим другом. Судя по всему, Череп был готов делиться своей едой с Рябиновым, лишь бы тот был рядом.

Ксюша перестала вырываться и подняла глаза, чтобы посмотреть на меня.

— Пусти меня, — прошептала она.

— Зачем? — усмехнулся я. — Мне удобно, тебе тоже. К тому же ты хорошо смотришься у меня на коленях.

Но я все же решил пойти ей навстречу. Ослабил хватку и позволил ей соскочить с моих колен и сесть в кресло рядом со мной. На сегодня с нее хватит поддразниваний. Если продолжу, то для ее щек понадобиться огнетушитель.

Громов вернулся с другой тарелкой и самодовольной жующей рожей, и мы возобновили игры. Через три руки я, не моргнув и глазом, надрал им всем задницы."

"Когда Ксюша наклонилась ко мне, чтобы увидеть карты, я спрятал их от ее глаз. Я бы однозначно проиграл, если бы она их увидела. Чуть позже я научу ее покер-фэйсу. Рука за рукой я обыгрывал своих друзей, получив большую часть своих денег обратно.

Череп начал биться головой о стол, когда его фишки закончились, а надежда в еще хоть один выигрыш потухла.

— Прекрати, Череп, — рявкнул на него Влад. — У тебя, итак, с головой не все в порядке, не усугубляй еще сильнее.

— Отвали.

— Ладно, я погнал.

— Куда? — спросил я Громова, вставшего из-за стола.

— К Лизе, мы договаривались встретиться, — Громов подмигнул Ксюше. — Угадайте, у кого сегодня намечается развлечение? А у кого нет?

Ксюша вновь покраснела, а я едва не накинулся на своего друга. Потому что он был, сука, прав. У меня не было никаких шансов на успех ни сегодня вечером, ни когда-либо там еще, потому что я запретил себе трогать ее. И эта правда, как и само решение, давалась мне очень тяжело.

— Подожди, — отозвалась Ксюша, сильно нахмурившись. — Лиза, такая темненькая, маленькая, с которой ты был в новогодние дни?

— Да, а откуда ты это знаешь? — от ее вопроса нахмурился не только Громов, но все мы.

— Да так, это не столько важно, как то, что… она беременна, — пролепетала Ксюша после некоторой заминки.

Мы с Громовым в шоке уставились на нее. А Череп с Рябиновым и вовсе распахнули рты, услышав такую новость.

— Беременна?! — в ужасе переспросил Даня.

— Да, беременна, — Ксюша судорожно кивнула. — Я это от нее лично слышала.

Я сузил глаза, глядя на нее. Что-то с ней было не так. Она вела себя подозрительно суетливо.