Хулиган. Его тихоня

Я не слышал ликующего шума людей средь абсолютной тишины.

Я лишь смотрел на могилу перед собой.

“Орлова Мария Олеговна

6 мая 1985 — 31 декабря 2015

Помним, любим, скорбим”

Втянув в легкие морозный воздух, я рухнул на колени, не отрывая взгляда от эпитафии.

— Мама, — прошептал я, прижимая руки к ноющей груди. — Мама…

С надгробия был стряхнут снег, словно кто-то уже приходил сюда до меня.

Я стиснул зубы, потому что знал, кто это был. А осознание того, что он посетил могилу моей матери, заставляло меня возненавидеть его еще больше.

Отец слишком поздно спохватился, желая загладить свою вину перед ней.

Он опоздал…

Я положил на могильную плиту алые розы, перевязанные такой же алой лентой. Розы были ее любимыми цветами. Она обожала их и обязательно украшала ими все комнаты в нашем доме. Именно поэтому я сделал татуировку с ними, вбив черные чернила под кожу, в напоминание о матери.

Воздух стал еще более холодным, обжигающим. Пальцы онемели, лицо стало щипать от холода. Я не знал, как долго пробыл здесь. Да и неважно было. Я просто продолжал стоять на коленях, как делал каждый год в один и тот же день, глядя на могилу матери, снова и снова переживая боль ее потери.

А затем я неожиданно услышал ее голос, мягкий, мелодичный, а после и вовсе почувствовал ее.

— Леша.

Я спал. А иначе как это было возможно?

Чья-то рука мягко легла на мое плечо и я машинально повернул голову, чтобы посмотреть на нее.

Я точно спал.

Мои глаза медленно переместились с маленькой ладони на лицо девушки, которую я никак не ожидал здесь увидеть.

Ксюша.

Ее взгляд остановился на надгробии моей матери. Затем он скользнул ко мне и я с удивлением увидел, что в ее прекрасных небесно-голубых глазах стояли слезы. Ксюша медленно села рядом со мной, аккуратно расправив подол белого платья, выглядывающего из-под куртки.

Все это было не по-настоящему.

Это никак не могло быть реальностью.

Я мог поверить в действие таблеток, но не в реальность происходящего…

Но когда ее теплая рука нашла мою, я понял, что она была настоящей. Это не иллюзия моего больного разума, это все было взаправду. Она переплела свои пальцы с моими и сжала мою ладонь.

— Здравствуйте, Мария Олеговна. Я Ксюша, девушка Леши.

Мой взгляд поднялся к ее лицу. Это было неожиданно, как удар тупым предметом по голове, но, черт возьми, как это могло быть так больно и приятно одновременно?

— Возможно… я не самая лучшая девушка, потому как обычно на меня не обращают внимания и порою мне проще закрыться в одиночестве с книгой, чем выйти к людям, но зато я умею готовить и хорошо справляюсь с домашними делами. И я обещаю хорошо заботиться о вашем сыне. Я очень рада, что он есть в моей жизни.

Уголок моих губ приподнялся, когда боль внутри меня стала медленно утихать.