Тихоня для волчьей стаи

Я видел льдинки в ее глазах, не потому что ее телу было холодно. Холодно было душе, которая почему-то взвалила на себя ненужный груз.

- Принцесса моя…

- Пожалуйста, Яр!

Я притянул к себе ее хрупкое тело. Влад лежал с другой стороны, Стас расположился над нашими головами. Мы лежали на ковре у камина, такие близкие и такие далекие…

- Стася…

Мне хотелось просто смотреть на нее, смотреть долго, запоминать каждую черточку. Я был в ужасе от того, что мог лишиться этого счастья. Счастья просто видеть ее рядом. Я взял ее лицо в руки, поглаживая высокие бледные скулы подушечками пальцев.

Я хотел сказать что-то и понял, что не могу говорить. Зато я мог показать, показать все страсть, которая была во мне и так глубоко, так прочно связала нас воедино.

Первый поцелуй был нежным, словно он реально был всего лишь первым. Я пробовал ее на вкус боясь спугнуть.

Наверное, именно так я должен был целовать ее тогда, в наш настоящий первый раз, но…Вышло так, что наш с ней первый поцелуй был слишком дерзким и страстным. И сейчас я как будто исправлял ситуацию. Я наслаждался ее вкусом и чувствовал, как оттаивает ее нежное тело подо мной, как понемногу набухают, наливаются страстью ее пышные, сладкие грудки. Мне захотелось попробовать и их тоже. Я спустил губя ниже, провел языком по шее.

Как же она была невероятно, охренительно хороша! Все внутри меня налилось, закипело, мой член превратился в горячий ствол, хоть сваи вколачивай. Само предвкушение предстоящего экстаза было не менее обжигающим, чем сам экстаз.

Я хотел спросить ее, готова ли она, но понял, что лучше ничего не спрашивать. Аккуратно развел мягкие бедра в стороны, вдыхая аромат женственности.

Мельком глянул на братьев – они еще спали и мне не хотелось пока их будить. Пусть хотя бы минутку еще она будет только моя. Не то, чтобы я не хотел делиться. Просто почувствовал, что ей сейчас тоже комфортнее быть наедине со мной, пусть даже они и лежали рядом.

Скользнул в нее, медленно, осторожно, ловя губами ее нежный полувсхлип - полустон.

- Любимая моя девочка!

- Любимый мой…

Из ее глаз покатились слезы. Я знал, причину этих слез – она все еще винила себя, все еще не давала себе прощения.

- Я люблю тебя, Яр, люблю, люблю!

Я двигался все сильнее, резче, понимая, что ей нужна сейчас моя сила, вся страсть, на которую я был способен.

- Люблю тебя… люблю…

Она повторяла эти слова как заклинание, словно прогоняя морок предыдущих дней и ночей. И я вторил ей, повторяя вздох за вздохом слова любви.

Мы чувствовали друг друга каждой клеточкой тела, каждым миллиметром кожи. Я снова погрузился в глубины ее рта, не в силах оторваться ни на мгновение.

Как же было хорошо растворяться в ней, проникать в ее существо не только телом, но и душой.