The Мечты. Бес и ребро

может быть, самую важную в Стешиной жизни статью с ее интервью в «À propos», в которой она дала опровержение словам известного столичного режиссера Владимира Кульчицкого и честно рассказала историю их взаимоотношений. Не выгораживая себя, но и бывшего сожителя тоже не щадя.

Ее портрет поместили на обложку. Статья же заняла целый разворот глянца. Когда Андрей, снимая очки, откладывал журнал в сторону, она лишь негромко сказала:

«В интернет-версии этот материал тоже уже есть. Я проверяла».

«Будет большой охват. Это хорошо, но сейчас начнется», - отметил он очевидное.

«Я знала, на что шла».

Он был прав. Действительно началось – новым кругом, потому что новость о гибели Панкратова была уже пережевана и двигалась по инерции, а теперь обрела новый толчок, еще более интересный. Стеша тоже не ошиблась – она выдержала. Натиск журналистов, приглашения от телевизионщиков, замануху в виде гонораров, звонки людей из прошлой жизни, которые неожиданно решили объявиться в жизни нынешней – в Брехтовку, где царствовал Кульчицкий, ее не звали, но несколько столичных театров вспомнили о существовании блестящей актрисы Стефании Адамовой, и несмотря на то, что слухи вокруг нее продолжали витать самые невероятные, грязные и с душком, вновь предлагали главные роли. А вот про зеленку уже позабылось – что тоже играло Стеше на руку.

Ее слова оказалось легко проверить. По конкретным именам, упомянутым в материале, журналисты вышли на женщин господина Кульчицкого. Те не отрицали. Некоторые раздували еще сильнее. Скандал был грандиозный. Самый бешеный гонорар на сумму с множеством нулей был обещан Стефании в том случае, если она согласится появиться в одной студии с бывшим.

Но Стеша выдержала. К себе этого всего не подпустила. Исправно ходила в теперь уже родной солнечногорский театр, а в столицу смоталась лишь единожды – успокоить родителей. Ездила одна – они с Андреем решили, что «радовать» их новым мужчиной в своей жизни она будет позднее, когда завершится расследование, которое теперь, не без участия Романа Моджеевского, спускали на тормозах. Ее еще дважды вызывали в участок, но теперь она туда без адвоката не совалась. Служивые вели себя не в пример первому допросу вежливо и обходительно. Трофимцев, прямо душка, смягчился и больше не давил. Никаких обвинений ей так и не предъявили, хотя она по-прежнему оставалась номер один в списке подозреваемых – деньги с якобы «ее» счета действительно перевели частному лицу, находившемуся в розыске, буквально в тот же день, когда стало известно о взрыве на «Эльдорадо». И безо всякого там подполковника – это единственное, что давило на нее.