Тест на отцовство

Почему она меня слила?! Из-за глупой, брошенной в обиде фразы? Ты, дура, что ли, Крынская?! Мало ли что люди во время ссор на эмоциях могут ляпнуть вообще?

Моя крыша тихонечко подтекает. В моей голове диалоги. Диалоги с ней, где я в бешенстве говорю разные разрушительные вещи. И силой ее заставляю выслушивать.

Раздев, заворачиваю Степаху в плед и усаживаю на диван в кухне-гостиной перед камином.

Разжигаю...

- Можно я? - сползает он с дивана.

- Давай... - отдаю ему зажженную каминную спичку. - К бумаге подноси ее и там оставляй. Аккуратно...

Глазищи горят не меньше, чем пламя, пожирающее бумагу.

- Это печь?

- Да. Такая печь называется камин.

Прикрываю огонь прозрачной дверцей. Стёпа сидит на шкуре возле него и смотрит на огонь.

Может быть, мы его и сделали здесь, возле камина, на этой шкуре.

Чтобы не увидел, тайком открываю нового паука на столе. Аккуратно откручиваю ему одну лапу, чтобы было правдоподобно. Мы его потом отремонтируем.

- А вот и Паркер твой! - вручаю ему. - Лапу, правда, придется подлечить.

Стёпа неожиданно тянется ко мне, крепко обнимая за шею. Замерев не дышу, агонизируя от нахлынувших зубодробительных чувств.

- Степаха, ты чего? - выдыхаю я, не справляясь с голосом.

- Просто…

Глажу его по спине, слепо глядя перед собой.

Господи… они угробят меня на пару. Какое сердце это всё выдержит?!

- А я папе сказал, что ты мой друг. А папа сказал - нет. А ты - да.

- Ага… - киваю я, задыхаясь от спазма в горле.

Как ему сказать, что папа - это я?.."

"Как ни в чем не бывало отпускает и начинает возиться с пауком, прикусив озадаченно губу.

Прямо как я в такие моменты...

Одна бровь ниже, другая выше.

Прямо как у меня.

И поперечная морщинка между ними.

Тоже моя...

И затылок озадаченно чешет исключительно моим жестом.

Ксерокопия!

Набрасываю ему на плечи одеяло.

- Что ты любишь есть? - разгружаю пакеты.

Задумчиво замирает, глядя в потолок.

- Всё вредное...

- Например?

- Картошку фри... Сосиски... Мороженое...

- Фри не умею, но просто пожарить с сосисками - легко. Делаем?

- Да!

Открыв банку соленых огурцов, жарю картошку.

Стёпа таскает маленькие огурцы из банки, повторяя за мной и шурудит в пауке отвёртками, которые я подсунул ему, чтобы он не скучал. Паук тихо жужжит, шевеля лапами.

Закрываю крышкой, выключаю газ. Разворачиваюсь... Уснул! Как в коконе, запутавшись в одеяле и зажав в руке паука.

Кручу сигарету в пальцах, опять разглядывая его.

Юлька, как ты могла такое натворить, вообще?!

Ты хоть понимаешь, что за это нереально оправдаться??

А как мне любить тебя после этого?!

В городе на мосту пробка... Ее долго нет.

Поднимаюсь наверх, в спальню. Меняю постельное белье на новое, шоколадного цвета.

Я когда его заказывал, очередной раз по ней страдал. И хотел ее на этом белье...

Юля - такая жемчужная роскошь...