Тест на отцовство

- У нас сверху указание, гасить по всей строгости, - с сожалением вздыхает капитан. - Кому-то ваш Харон дорогу перешёл.

- А с какого верху? Мы то тоже на ваши верха вхожи.

- Так звоните, вытаскивайте, а то сегодня следак приедет по его душу.

- Так... - ищет в телефоне Рус, - где наш главный прокурор?.. Вот. Рановато, конечно. Но я извинюсь.

Выходит за дверь.

- ... У нас полный фарш! - слышу обрывки разговора. - Людей со срочными операциями отправляем в другие больницы. Кого-то не довезут... В больнице острая нехватка анестезиологов. А тут какой-то нос! - возмущённо. - Стоит ли этот нос жизни людей? Тем более, сломан за дело. Не была бы ситуация критической, я бы вас никогда не побеспокоил. Да-да, Горыныч, тот самый, который Вас сопровождал. Да, с тату. Вспомнили?.. Аха... Окей. Я тут приехал за ним, ребята говорят: отпустить не могу, указание свыше - топить. Понял. Ждём.

- Томочке привет передавайте от меня, - возвращаю пачку.

- Обязательно!

- Ну что… ждём, - возвращается Хасанов.

Капитан выпнув лейтенанта на пост, ставит чайник.

- Тихо у вас так... - берёт в руки гитару Хасанов, разглядывает.

- Тьфу-тьфу... - разливает кофеёк по кружкам капитан.

- А чья гитара-то? - разглядываю тоже.

Гитара отличная, фирменный Гибсон.

- Вещдок...

Открывает дверь в клетку, протягивает мне чай.

- Благодарю, а можно? - киваю на гитару.

- Да играй... Не убудет, поди.

Отдаёт и гитару.

Присев у стены, перебираю струны.

- Ну чего ты, Горыныч, в руках-то себя не держишь? Нужен был тебе этот нос... - закатывает глаза Рус.

Бью по струнам.

- ""Ты меня не лечи, и не води рукой, я уже как большой и, сука, сам всё знаю!... "" - подмигиваю ему. - Ты б тоже Рус за свою втащил. Он Юлю обижал...

Вздыхает.

- Я тебя сколько учил - унижать надо возвышенно! Он провоцирует тебя и подставляет. Ты не понимаешь этого?

- Башку ему проломить надо, уроду.

- Так нельзя воевать.

- Я понимаю.

- Ищи другой способ.

- Я уже нашёл... Только скучно, долго. В морду, конечно, интереснее.

- Вот, гопота… - фыркает Рус. - Тебя сын ждёт, Юля и пациенты. Сядешь, как они?

- Да я осознал, Рус. Больше рукоприкладства не будет.

- Ногами тоже не бей, - угорает он.

- Но хорошо бы так… знаешь, - щелкаю пальцами, - раз... и вселенная сама всё разрулила по понятиям. А то соблазн страшный...

- В башку ему пепельницу вставить?

- Ты в курсе?

- Ага...

- А чего не рассказал?

- Потому что, наверное, узнал после тебя.

Капитану звонят на рабочий телефон. Судя по тому, как он вытягивается, разговор с начальством.

- Слушаю. Да. Понял, товарищ полковник. Сделаем.

Кладёт трубку.

- Всё, свободен ваш Харон! Но штраф сорок штук придётся заплатить.

Хасанов достаёт портмоне.

- Да Вы что?! Это не мне. Это после решения суда.

Пожимаем руки и тепло прощаемся с капитаном. Благодарю за чай.

- О, как же домой, в кровать к Юльке хочется! - тянусь, глотнув свежего воздуха на крылечке.