Теплое сердце зимой

Они сели вместе, а затем Куин протянул руку и взял что-то с прикроватной тумбочки…

Это было письмо.

От Лукаса.

Рядом с ним лежали носки, что были на Блэе в ту ночь, когда они обнаружили останки; те, которые остались мокрыми, когда Лэсситер согрел его обмороженные ноги и высушил испорченные мокасины; о которых, в конечном итоге, он забыл.

— Я нашел их в комнате моего брата, — сказал Куин.

Блэй поднял руки.

— Я уже говорил, я ничего не трогал. Ничего. Я увидел письмо и ушел.

— Я знаю. — Куин взял конверт и держал его в ладонях, словно оно могло развалиться с минуты на минуту. — Я разговаривал с Мэнни сегодня вечером. Он сказал, что ты сказал ему, что никто, кроме меня, не должен входить в эту комнату.

— Это касалось только тебя и твоей семьи. — Блэй провел рукой по волосам и оглядел аккуратную прибранную комнату. — Мне нравятся местные доджены, они замечательные, но иногда даже слишком хорошо справляются со своей работой. Я подумал, что важно, чтобы все было именно так, как все оставили для тебя.

— Я это очень ценю. — Куин поднял взгляд, его зелено-голубые глаза блестели. — И, в конце концов, я решил сделать самое сложное.

— Что?

— Я, эм, я хотел бы его открыть вместе с тобой. Ты не против?

Когда у Блэя сжалось горло, он с трудом сглотнул ком.

— Нисколько.

Теперь он мог узнать правду о своем соучастии одновременно с Куином. Но, что более важно… взгляд Куина снова упал на конверт, и стало ясно, что он напуган… и тот факт, что он позволил своему страху проявиться, был очень важен. Парень не делился подобным ни с кем.

— Трудно объяснить, почему я так долго тянул, — тихо сказал Куинн, гладя пальцами два слова на лицевой стороне. — Но это мое последнее дело, связанное с Лукасом. Все, что он написал, будет нашим… финальным аккордом.

Блэй кивнул, но промолчал.

— Я когда-нибудь рассказывал тебе о «Сайнфельде»? — спросил Куин. — Или об «Офисе»?

— Ты имеешь в виду ТВ-шоу?

— Ага, — Куин глубоко вздохнул. А потом тихо рассмеялся. — Хотя бы не «Клан Сопрано». Здесь, я бы не смог устоять.

Блэй отложил парку и потер глаза.

— Прости, но я не совсем понимаю, о чем речь.

Куин перевернул письмо так, чтобы заклеенная часть была сверху.

— У меня есть один пунктик насчет любимых телешоу, которые закончились. Если подумать, также вышло и с «Большим Ремонтом»[26]. Понимаешь, я отказываюсь смотреть последний сезон. Это странная штука. Когда в ходу были DVD-диски, я всегда держал последний сезон не распакованным. — Его большой палец скользил вперед и назад по конверту. — Так они никогда не заканчивались, понимаешь? Я мог представлять, что шоу продолжается вечно, оно бесконечно, потому что все, что бесконечно, не имеет конца. И если я не увижу финал, значит, его не было. — Последовала пауза, и Куин поднял глаза.