Теплое сердце зимой

Направляясь в коридор со статуями, Блэй снял парку и застегнул молнии в боковых карманах, чтобы перчатки не выпали. Когда он открыл дверь своей комнаты, его встретил знакомый запах, не увядающий, он был свежим… и парень, сидевший на краю кровати, ему не привиделся.

Блэй остановился.

— Привет, — произнесло порождение его разума, которое определенно выглядело как Куин. И говорило его голосом.

Блэй вошел и закрыл дверь.

— Привет.

— Я, эм, я ждал тебя.

Удержать при себе внезапное удивление было очень сложно.

— Ты бы позвонил. Или написал. Я бы сразу пришел.

— Не хотел прерывать твой визит. Как предки?

По какой-то причине тот факт, что Куин использовал этот свойский термин, Блэй посчитал своего рода неким положительным предзнаменованием. Что было безумием.

— Все хорошо. Они передают тебе свою любовь… и соболезнования."

"— Я это очень ценю, — Куин посмотрел на свои руки. — Послушай, я просто хочу извиниться…

— Пожалуйста, не уходи…

Они оба замолчали. А затем хором спросили:

— Что?

— Послушай, — зачастил Блэй, — я пытаюсь предоставить тебе необходимое пространство. Я, правда, просто… хочу быть тем, кто нужен тебе в это трудное время. Но, пожалуйста, не бросай меня. Не отказывайся от нас.

И прекрати меня ненавидеть за мою роль в смерти твоего брата, добавил Блэй про себя.

Когда в ответ было лишь молчание, Блэй прокашлялся и прижал парку к груди.

— Я… я имею в виду, я могу уйти, если хочешь, и вернуться к родителям…

Куин вскочил с кровати и подошел к нему. И следующее, что Блэй почувствовал — как они держались друг за друга, это был первый физический контакт, за, казалось, целую вечность.

— Мне так тебя не хватало, — хрипло сказал Куин.

Блэй зажмурился.

— Я был рядом все это время.

— Я знаю. Это меня не было.

Какое-то время они так и стояли. Долго, почти вечность. А затем Куин отступил. На мгновение напряжение скрутило спину Блэя, заставив его выпрямиться еще сильнее. Но да ладно, никто не будет говорить кому-то, что скучал, перед тем как разорвать отношения.

Ведь так?

Да, и по хрен на встречу в кабинете Рофа. Братство могло прийти и вытащить его отсюда с криками и пинками, если им так хочется: ни при каких обстоятельствах, ну если только его не свяжут по рукам и ногам, он не покинет эту комнату.

— Иди сюда, — сказал Куин.

Блэй почувствовал, что его взяли за руку, и он был готов идти куда угодно — лишь бы Куин хотел видеть его рядом. И да, это было жалкое зрелище. Но он чувствовал себя так, будто эта неожиданная встреча — все равно, что нащупать странную шишку на руке и пойти по этому поводу к врачу… только чтобы выяснить, что человек в белом халате и с медицинским образованием считает, что это не рак.

В то время как твой мозг даже родинку принимает за его терминальную стадию.