Теория поцелуя

 – Сидеть в обнимку на глазах у нормальных людей вот с этим… лузером? Ты серьезно? Думаю, это слишком большая жертва даже для тебя, Лена.

У меня похолодели конечности. Как она могла сказать такое при Жене?! В душе немедленно поднялось такой силы возмущение, что даже вздохнуть получилось с трудом. Я открыла рот, но так и застыла, не в силах произнести ни слова.

– В наше время, когда все продается и покупается, так заморачиваться из-за учебы? – фыркнула Жанна. – Заплатила бы ему, да и все.

– Посмотри на него, – не выдержав, вякнула Окс, – ты портишь свою репутацию!

– Девочки, замолчите, – надтреснутым голосом попросила я. – Перестаньте, пожалуйста!

Я перевела взгляд на Женю. Тот продолжал сидеть с невозмутимым видом.

– Ну же! Чего ты сидишь? – Жанна понизила голос. – Скажи этому лоху, что он может быть свободен. Ты ведь уже половину экзаменов сдала, на черта он тебе сейчас нужен?

Исаев перехватил мой взгляд и нахмурился.

– Да, хватит позориться, – тявкнула Окс.

Я соскочила со стула.

– Скажи, скажи ему! – требовала Жанна, подходя ближе.

– Что сказать? Девочки, что вы несете?

– Скажи этому стремному чуваку, зачем ты на самом деле к нему подкатила, – скривив лицо, поддакнула Окс. – А то сидит, возомнил о себе черт знает что! Пусть знает, что все было ради чертовых курсовых, ну!

– Короче, он сам уже все понял! – Жанна протянула мне руку. – Идем отсюда, Лена!

Я отшатнулась назад. У меня задрожали руки, закружилась голова.

– Пошли! – задрав подбородок, позвала и Окс.

– Женя, все не так, – тихо проговорила я, повернувшись к нему. – Точнее, не совсем так. Послушай меня…

Исаев молча поднялся со стула, медленно сложил вещи в рюкзак, закинул его на плечо и протиснулся мимо меня к выходу.

– Женя! – крикнула я.

Но парень не слушал, он уходил все дальше.

– Пусть валит! – холодно сказала Жанна.

– Вали-вали! – поддержала ее Окс.

Дыхание застряло у меня в горле, слезы горячей волной навернулись на глаза. Я почти физически чувствовала, как рушится мой мир. Это было так больно, что не высказать словами.

– Зачем? – Я обернулась к девочкам. – Зачем?!

Жанна ядовито улыбнулась:

– Ты позоришь не только себя, но и нас, Гаевская. Посмотри на себя: как выглядишь, с кем тусуешься. Ужас!

– Да вы… вы же последние ничтожества… – всхлипнув, выпалила я. – Вы и мизинца его не стоите!

– Это ты нас не стоишь, дура набитая! – воскликнула Окс.

– Уверена, ты пожалеешь, что променяла дружбу с нами на какого-то ботаника. Идем отсюда, Окси! – Жанна победоносно улыбнулась.

– Единственное, о чем я жалею, что связалась с такими эгоистичными тупыми курицами, как вы, – пробормотала я.

Но вряд ли они услышали.

Конечно, я сама была виновата.