Тени южных скал

Они проходят по периметру Боруна, примерно на расстоянии друг от друга в два километра. Всего, наверное, не меньше двадцати пар таких автоматчиков. Смена дозорных в двенадцать ночи, не успела подойти ближе из-за смены караула. Офицер привел колонну из солдат, они разделились по парам и начали патрулирование, остальные перешли через мост и сменили часовых блокпоста. На другом конце переправы есть третий пункт охраны, там вышка с прожектором; их тоже заменили на новеньких в двенадцать ночи. Получается, двадцать единиц личного состава на мосту и около сорока человек патрулирует улицы. Потом проезжали какие-то отряды, я не смогла рассмотреть их. На мотоциклах, целая вереница. Они заехали через пост после полуночи в поселок и больше не выезжали. Раньше не видела мотоциклетчиков, по трое в каждом мотоцикле. Вернее, три человека, если с автоматами, а если двое, то в люльке установлено какое-то большое орудие. Под кожухом я смогла заметить только стволы.

— Это отряды СС, — сказал Глеб, внимательно слушавший каждое слово. — В люльках установлены пулеметы. Сколько их было?

— Пятнадцать мотоциклов.

— Двое на сиденье, еще третий мог сидеть в люльке. Человек тридцать-сорок штурмовиков. Я думаю, их прислали искать партизанский отряд или усилить охрану поселка, а именно ремонтных мастерских. Из-за прибытия танков для ремонта немцы сгоняют в поселок другие подразделения, укрепляют подходы, — предположил разведчик.

Алеся, которая шла впереди, оглянулась. В ее голосе слышалась тревога:

— А вы видели, как охраняют территорию мастерских? Там поставили прожектор на самом верху, он светит постоянно по всем постройкам. Светит с самого верха вышки с охраной. Мне было видно свет даже у моста. Из-за прожектора и вышки к заводу не то что внутрь пробраться — даже близко не подойти. — Она вдруг остановилась и уставилась на разведчика тяжелым взглядом: — Вы ведь понимаете, что эта диверсия — верная гибель для всего отряда? Даже если мы сможем заложить взрывчатку по периметру цеховой территории, то немцам серьезного урона не нанесем! Взорвем забор, вышку, а самим мастерским никакого вреда не будет. После такого живыми оттуда не уйдем, нас не выпустят из Боруна! Это будет смертельная операция, смертельная для всех, кто будет в ней участвовать! Танки, эсэсовцы, вышки, пулеметы — столько всего против сотни человек, которые даже не все вооружены. Вы думаете, они смогут голыми руками уничтожить германскую охрану?

Лицо женщины стало смертельно бледным, скулы заострились так, что она казалась тоже вырезанной из камня, что окружал их.