Теневой король

– Тебе-то что до моей совести? Тебе главное – дело до приговора довести… Может, еще пообещаешь, что будешь ждать меня?

– Я должна тебя ждать?

– Ну да. Мне намного легче будет, если ты будешь меня ждать.

– Легче не будет.

– А вдруг? Я же не прошу, чтобы ты меня ждала. Но ты можешь мне просто пообещать. Чтобы подсластить пилюлю…

– И ты дашь признательные показания?

– Если пообещаешь, то да…

– Хорошо, я буду ждать, когда ты выйдешь на свободу.

– Нет, не так. Ты будешь меня ждать. Не просто ждать, а меня ждать.

– Хорошо, я буду тебя ждать.

– Отлично… Значит, Фарадеев застал меня со своей сожительницей, и мне пришлось защищаться…

– А как же пистолет с глушителем?

– Пистолет с глушителем я нашел у него в шкафу.

– Нет, так не пойдет. Тогда придется привлечь к ответственности Фарадеева. Ему это не нужно, и он будет все отрицать. Эту версию признают несостоятельной…

– Хорошо, пистолет я взял для самозащиты. А глушитель на всякий случай, чтобы соседей не будить. Ночь все-таки…

– Соседей оставь в покое. А пистолет для самозащиты пусть будет…

Марина вдруг так увлеклась работой адвоката, что забыла про свою основную миссию. И признание Вайс написал чуть ли не под ее диктовку. Вышло довольно-таки складно.

– Может, лет пять всего дадут? – спросил Вайс, разминая уставшие от авторучки пальцы."

"– Все может быть, – складывая в папку листы исписанной бумаги, ответила она.

– Но это уже не важно. Главное, что дело в шляпе. Вернее, в папке. Ты добилась своего, да? Меня осудят, ты получишь звездочку на погон. Но и я добился своего. Легче мотать срок, когда на воле тебя кто-то ждет. И ты будешь меня ждать…

– Да, я обещала. – Марина улыбнулась так, будто давала понять, что далеко не все обещания воплощаются в действительность.

– Я сказал свое слово. И ты сказала свое слово. За свое слово я отвечу перед судом. А ты за свое слово ответишь передо мной, – пристально посмотрел на нее Вайс. – Я выйду на свободу, и ты ответишь мне, как ждала меня. А я спрошу, были у тебя мужчины или нет. Если были, значит, ты не сдержала свое слово. Тогда мне придется с тебя спросить. По понятиям спросить. Ты четыре года в прокуратуре работаешь, должна знать, как спрашивают по понятиям…

Марина в ужасе смотрела на него. Ее пугал его ледяной пронизывающий взгляд.

– Ты это серьезно?

– Все очень серьезно, Марина. Здесь тюрьма, и не может быть не серьезно. Я обвиняюсь в покушении на убийство. Еще серьезней то, что ты следователь прокуратуры. Ты дала слово, я его принял, и обратного пути уже нет…

– Ты просил, чтобы я дала тебе обещание.

– А это и есть твое слово. Которое ты должна сдержать…

– Но я не могу тебя ждать!

Судя по ее взволнованному виду, она приняла все близко к сердцу. Но именно на это и рассчитывал Вайс.