Парад теней

 — Мы вряд ли примем ваше предложение.

— Лидия Сергеевна! — умоляюще взвыл Борис Евсеевич, почуяв, с чьей стороны исходит основная угроза его прекрасно задуманному плану.

— Уймись, Боря, — без предупреждения перейдя на «ты», попросил Смирнов. — Вот-вот приедут Георгий Сырцов и еще один мой друг…

— …который привезет с собой отпечатанные фотографии с только что проявленной пленки! — радостно продолжил за Смирнова Борис Евсеевич.

— Недаром уверял меня Виктор, что ты догадливый и наблюдательный. В связи с этим предложение: не мог бы ты присоединиться к нам в изучении, так сказать, нового иконографического материала?

— С восторгом! — согласился уже просто Боря и добавил с надеждой: — А потом еще разок поговорим, да? — Он умильно глянул на Лидию Сергеевну. Абсолютно конкретно и с учетом возрастных особенностей каждого из нас.

— Помимо того, что ты догадливый и наблюдательный, ты еще и нахальный, Боб! — усмехнулся Смирнов. — Пойдем к молодым, может, до приезда гостей водочки успеем выпить.

Успели-таки по разу «причаститься», прежде чем без предупреждения и даже стука распахнулась дверь, на пороге объявился Сырцов и радостно сообщил:"

"— А вот и мы! — Пропустил вперед Рыжего Вадика и вдруг заметил среди вставших в связи с их появлением из-за стола Бориса Евсеевича. Хотел было что-то сказать, но его опередил Смирнов, решив представить Бобу вновь прибывших.

— Мой друг Вадим Устрялов.

Вадик поклонился, а Кузьминский от стола прокричал:

— А я его скрывал от Борястика! — По-видимому, круглый Борис Евсеевич исключительно провоцировал всех на амикошонство. Невозмутимый Смирнов продолжил:

— Мой друг Георгий Сырцов.

Сырцов тоже поклонился и, мгновенно перехватив инициативу у своего учителя, сам представил незнакомца:

— А это Борис Евсеевич Марин, предприниматель, владеющий большинством промтоварных магазинов нашего чудесного города. Сейчас занят строительством бензоколонок на самых хлебных местах. Энергичен, хваток, смел. Личное состояние подкатывает к сотне миллионов в долларовом исчислении. Рад познакомиться, Борис Евсеевич.

Сырцов продемонстрировал такое наступательное обаяние, что многое видавший в этой жизни Борис Евсеевич почел за лучшее в данной ситуации в словесное фехтование не вступать, а плыть по течению разговора, по возможности не особо теряя лицо.

— К моему глубокому сожалению, вы несколько преувеличили мое личное состояние, Георгий Петрович, — огорченно признался он и пожал Сырцову руку.

— Будя, будя прибедняться-то! — проворчал Кузьминский.

— Не обращайте внимания на этих нахалов, Борис Евсеевич. Просто у них такая дурная привычка: непременно для начала покусать новичка, — утешила Лидия Сергеевна Марина.