Парад теней

Обрезанные по глаза рамою окна, перемещались вдоль забора головы Берты и Константина. Его аккуратный пробор и ее цветастая шаль.

— Берта и Константин возвращаются, — предупредил он.

Дарья оторвала щеку от его груди, откинулась, чтобы увидеть его глаза, увидела и бесстрашно потянулась полуоткрытым ртом. Жаждущими губами она раздвинула его безвольные губы. Вечность продолжался этот поцелуй. Он задохнулся в смертельном нежелании-желании убежать бесовского морока, двумя руками отодвинул ее голову и заговорил, чтобы только оторваться от нее:

— Я видел ваш двойной портрет с Лизой, который нарисовал Даниил.

Она, еще не понимая ничего, механически поправила:

— Написал… — И очнулась. Спросила лихорадочно: — Где? Где?

— Брательник его посмертную выставку в своей галерее устроил. Вы с Лизой Даниилом ощущались как трагически раздваивающееся целое с двумя разными полулицами и тремя глазами в одном алом одеянии.

— Я куплю этот портрет! Я куплю его немедленно! — глухо шептала Дарья.

Внизу усердно топали, оповещая о своем прибытии, Берта и Константин.

— Он не продается.

Она, не снимая ладоней с его плеч, сказала и ни весело, и ни грустно, просто сказала:

— Вот и все, Жора.

— Мы не преждевременно? — громко осведомился снизу Константин.

Но Сырцов не ответил ему, он задал последний вопрос Дарье:

— Почему ты поставила на ее могиле безымянный крест? Ведь, наверное, есть родные и близкие, которые хотели бы знать, где она похоронена? — И крикнул вниз: — Еще пару минут, и мы в вашем распоряжении! — И Дарье: — Как же так, Даша?

— Она сирота, выросшая в краснодарском детском доме. А близких у нее было всего двое: Даниил и я. Осталась одна я. И я знаю, где она похоронена. — Она хотела разозлиться, но не смогла. Только погрустнела. И, чтобы прогнать тоску или забыть про нее, торопливо предложила: — По последней, Жора, да? По маленькой!"

"Кинулась к роялю, быстро разлила и, заговорщицки сморщась, пальцем поманила Сырцова. Он быстренько подошел, и они быстренько выпили. От спешки попало малость не в то горло, и Сырцов, стараясь, чтоб тихо, закашлялся, Дарья с удовольствием поколотила его по спине и скомандовала:

— Теперь зови их.

— Берта Григорьевна, Константин! Мы ждем вас! — грохнул басом Сырцов.

— Берта переодеваться пошла, — войдя в салон, сообщил Константин и вдруг увидел Дарью, которая стояла посредине, блаженно полуприкрыв глаза, пьяно и виновато улыбаясь, увидел и ахнул: — Мать, да ты в полных кусках!

— Я попрошу! — заплетающимся языком возмутилась Дарья, погрозила пальцем Константину и обрушилась на пуфик, кстати оказавшийся рядом.

Константин кинул проницательный взор на рояль и осведомился у Сырцова:

— Бутылка была полная?

— Вполне, — честно отрапортовал Сырцов.