Тень невидимки

Манекену — снес голову. Деревянная болванка с нарисованным лицом слетела с плеч, стукнулась об асфальт и покатилась под ноги курсантам.

Два!..

Третий манекен был слишком далеко, чтобы можно было справиться с ним легко. Но инструктор исхитрился — перехватил черенок за самый конец, согнулся, прыгнул вперед, распластавшись над землей, и в падении широкой дугой, на лету, чикнул по шее очередного Петровича. Он не смог снести ему голову, но достал, зацепил, подрезал шею. Его противник, возможно, не умер, но вряд ли мог бы сопротивляться.

Три!..

Не обращая внимания на обезвреженного врага, инструктор рванулся к четвертому манекену, который, если бы был реальным противником, должен был отскочить и начать стрельбу на поражение. И он «отскочил» и «изготовился к стрельбе» и «нашаривал» уже пальцем спусковой крючок. И еще один, пятый манекен, тоже «лапал» спусковую скобу и тоже через секунду-другую должен был начать стрелять. Обезвредить двоих разом было невозможно. Потому что пуля быстрее самой отчаянной штыковой атаки. Инструктор должен был получить в лицо и спину короткие очереди.

Но инструктор вдруг резко сместился в сторону, встав между двумя манекенами, и стрелять врагам стало бы затруднительно, потому что можно было зацепить друг друга. И враги, конечно, быстро нашлись бы и отпрыгнули в стороны, но на то, чтобы сообразить, что случилось, на принятие решения и действие им понадобилось бы три секунды."

"Целых три! Но эти секунды инструктор дарить не собирался! Он прыгнул вперед, успев воткнуть свое импровизированное оружие снизу вверх в живот манекену, и успел откатиться в сторону, потому что поверженный враг, умирая, исхитрился нажать на спусковой крючок и дать короткую очередь себе под ноги.

Четыре!..

Но теперь положение стало безнадежным. Четвертый поверженный манекен обрекал инструктора на смерть, потому что, убивая его, он отступил от пятого врага. И эти проигранные метры он преодолеть уже никак не мог! Кроме того, пятый противник успел отбежать на несколько шагов и стал недостижим для атаки. Теперь их разделял десяток метров, и пятый манекен мог стрелять спокойно, как в тире, прицеливаясь наверняка, или дать длинную, от живота очередь и, конечно, не промахнуться, потому что промазать с десяти метров невозможно.

И понимая свою обреченность, инструктор не рванулся к врагу и не побежал от него. Он подпрыгнул, крутанулся в воздухе и, распрямившись как пружина, метнул в манекен свое импровизированное оружие. Лопата мгновенно преодолела разделявшие врагов метры, и лезвие ткнулось точно в переносицу манекену. Не в грудь, где мог быть бронежилет — в незащищенное лицо! Манекен качнулся и рухнул навзничь. Как упал бы боец с настоящим автоматом. Упал бы уже мертвым!

Пять!..