Тень Азраила

Оставаться на месте происшествия не было никакого смысла, и Ардашев, опустив глаза, торопливо свернул за угол. Пройдя квартал, он нанял извозчика и поехал домой.

Всю обратную дорогу статского советника не покидало чувство брезгливости, будто он напился чернил с мухами. По всему выходило, что шифр, которым его снабдил князь Мирский, уже не представлял сложности для военного агента и его людей. Последнее донесение расшифровано. А значит, прочитаны и предыдущие телеграммы. И пока Певческий мост размышлял над ответом, военная разведка провела акцию. Теперь им было известно все, включая имя высокопоставленного агента, завербованного еще Раппом. Не исключено, что Кукота захочет на него выйти. Статскому советнику не оставалось ничего другого, как безотлагательно встретиться с полковником и поговорить начистоту. «Хорошо хоть «объект» устранили без моего участия, и список загубленных мною душ не увеличился», – отметил про себя Клим Пантелеевич. С этими безрадостными мыслями он подъехал к дому.

Расплатившись с возницей, дипломат шагнул к калитке и только собирался постучать железным кольцом по металлическому выступу, как заметил, что она открыта. Он тихо вошел. Сквозь ветви деревьев на веранде маячил чей-то силуэт. Приблизившись, Ардашев разглядел гостя. Им оказался подъесаул Летов. Перед ним стояла початая бутылка водки, пузатенький «истакан» и мисочка с аджилем.

Теперь маскарад был ни к чему. Отклеив усы, Ардашев снял сердари, засунул шапочку в карман брюк и переложил пистолет. Повесив одежду на руку, он остался в светлой сорочке, брюках и легких кожаных малеках.

Завидев хозяина, офицер поднялся и с грустной улыбкой, выговорил:

– А я, дорогой Клим Пантелеевич, решил к вам наведаться, правда, без предупреждения. Вот и бутылочку «Смирновки» с собой прихватил. Чертовски устал. Жара.

– Это правильно, что зашли. Нам есть о чем поговорить, – усаживаясь за стол, сказал дипломат. – А что это вы водку пьете из чайного стакана и закусываете изюмом?

– Привык, знаете ли. А разве найдешь здесь селедочку в горчичном соусе или соленые рыжики, заправленные прованским маслом? Приходится приноравливаться. Ничего не поделаешь, Восток.

– Сейчас мы это исправим.

Статский советник поднял глаза на Фероха и распорядился:

– И второй стакан пусть принесет, – добавил Летов.

Слуга кивнул, исчез и тотчас же возник вновь с рюмкой и подносом, на котором было все, кроме салата.

– А вы, я смотрю, ходили куда-то? – хитро сощурившись, изрек подъесаул и разлил водку во вновь принесенные рюмки.

– Пришлось. Хотел посмотреть, что же случится со шведским консулом.

– Ах да! Надо же! Злодейское убийство. Слышал. Совсем недавно убили. Говорят, и повар погиб. Весь Тегеран только об этом и судачит.