Тень Азраила

Кавечи – хозяин кофейной – тут же направился к нему навстречу и, ничего не говоря, будто читая мысли завсегдатая, спустился с ним вниз. Оказавшись в длинном коридоре с рядом дверей по обеим сторонам, он отворил ближнюю.

Но стоило хозяину повернуться к двери, как гость добавил:

Кавечи прижал к сердцу ладони, слегка поклонился и удалился.

Для любителя кейфа потянулись минуты томительного ожидания. Однако довольно скоро послышался скрип дверных петель, но вместо хозяина на пороге появился какой-то человек, но в руках у него ничего не было.

– Кто вы такой? Что вам от меня надо? – Фотограф попытался подняться, но в этот момент незнакомец наступил ему на ногу и нестерпимая боль пронзила стопу.

– А! Я вас узнал! Вы и есть тот самый русский, которому сегодня я приносил фото! Только вы были без усов…

– Но как вы узнали, что я сюда хожу? Вы давно следите за мной?

Статский советник освободил ногу фотографа.

Достав из кармана несколько ассигнаций, он бросил их ему на колени.

– Хорошо, – затряс головой фотограф, пряча купюры, – я все сделаю, как вы сказали, не беспокойтесь.

– Вот и договорились.

Как раз в этот момент на лестнице послышались шаги, и Клим Пантелеевич спешно покинул комнату.

…Хасан Сэджади – фотограф адлие – Ардашева не обманул. Он принес фото. Убийца Байкова и возможный обладатель секретных документов, украденных у Раппа, теперь был известен. Именно поэтому сегодня, 15 августа 1914 года, чиновник по особым поручениям МИД России Клим Пантелеевич Ардашев и раздумывал, как ему поступить.

Во-первых, следовало решить, что делать с самим преступником: устранить либо не трогать. Во-вторых, обеспокоенность вызывала судьба Резы Тихрани – министра народного просвещения и ценного агента Петербурга. Если представить, что бумаги, написанные его рукой, окажутся у неприятеля, то с министром в любой момент может произойти «несчастный случай». В-третьих, как следовало отреагировать на приглашение шведского консула отправиться на соколиную охоту? Согласиться или нет? И хотя подробная шифрованная телеграмма уже была отправлена на Певческий мост и можно было полностью положиться на руководство, ждать и ничего не предпринимать, но тогда Ардашев не был бы Ардашевым. Да и ситуация могла измениться в любой момент. Неизвестно, какой следующий ход предпримет убийца. «Похоже, он уже поверил в свою безнаказанность, – размышлял Клим Пантелеевич, – а это очень опасно. Кто знает, что у него на уме? Да и слишком далеко зашел этот господин. Стало быть, с ним надобно заканчивать. Другого варианта нет». Он достал свой старый «браунинг» и передернул затвор. Механизм, как всегда, работал безотказно. «Ладно, пора спать, – решил статский советник. – Завтра предстоит тяжелый день».

Утро пришло вместе со стуком в калитку.