Мой темный Ромео

Мой член уже снова затвердел, а не прошло и минуты.

Ухмылка нашла мои губы.

— Ты позволила бы мне делать с тобой все, что я захочу. Не так ли, Печенька?

Она пожала плечами, ее рот все еще был полон моей спермы.

— Могу я трахнуть тебя в задницу?

Кивок.

— Можно я буду трахать твою киску и одновременно ласкать тебя пальцами?

Нетерпеливый кивок.

Я не собирался, но было приятно узнать.

Я поднял бровь.

— Могут ли мои друзья присоединиться к нам?

Это был вопрос с подвохом, потому что на него был только один ответ – черт возьми, блядь, нет.

Но Даллас все еще кивала, улыбка расползалась по ее лицу, заставляя больше моей спермы стекать по ее подбородку.

Я коснулся изгиба ее челюсти, закрывая ей рот.

— Неверный ответ. Теперь проглоти все хорошо и качественно, и открой рот, когда он будет чистым.

Она несколько раз сглотнула. Открыла рот. Ее язык был розовым. Кристально чистый.

Пока я восхищался видом, я мог думать только о том, что она ответила «да» гребаным Оливеру и Заку.

Я оторвался от нее, засунув член обратно в трусы и застегнулся.

— Поздравляю. Если ты хотела моего внимания, ты его получила. Я вернусь в дом, хотя бы для того, чтобы убедиться, что он устоит и переживет тебя.

— Все, что я слышала, это то, что ты скучал по мне, — проворковала она, лениво раскинув конечности на моей кровати.

— Тебе нужно проверить уши.

— Тебе нужно исцелить свое сердце.

— Мне оно нравится именно таким, какое оно есть, — я открыл дверь в свою спальню, сигнализируя об окончании нашего разговора, — покрытое льдом и бьющиеся только с одной целью – отомстить.

Я шагнул за порог. И что вы узнали? Эбби ждала снаружи. На самом деле она подслушивала, упав к моим ногам в куче конечностей.

Она выпрямилась в приступе паники и смущения, все еще одетая в розовое шифоновое платье Даллас.

— Эм, привет, Ром. Прошло много времени.

— Это потому, что я активно избегаю тебя.

Эбби надула губы, глядя на меня сквозь накладные ресницы.

— Я здесь, чтобы забрать свое платье.

— И ты думала, что оно пролезет тебе в ухо через дверь моей спальни?

Она покраснела, фыркнула и положила руку на талию.

— Я получу назад свое платье или нет?

— Не раньше, чем ты вернешь мне платье моей жены.

Упомянутая жена осталась за моим плечом, спрятавшись в моей кровати под моим одеялом, съеживаясь от того, как я справлялся со всей ситуацией.

И правильно сделала. Я отказывался признавать тот факт, что в моей постели впервые после Морган была женщина, десятифутовым шестом. Слишком многое нужно было распаковать."

"С рычанием Эбби начала раздеваться. Она не надела лифчик, поэтому ее сиськи теперь болтались в опасной близости от моей груди.

Я подавил желание блевануть на них.

— Вот, — она развела руки в стороны. Платье струилось вокруг ее лодыжек на высоких каблуках.