Темные времена

 — Греби! Толкай! Все гребите! Руками, ногами, мечами! Гребите!

Разобравшись со сгархом, пауки используют свою проклятую Создателем магию на нас — и тогда все будет кончено. Мы сами развернем плоты и вернемся к берегу, прямо в лапы к шурдам. Подавая пример, я плюхнулся на живот и обеими руками начал загребать обжигающую холодом воду. Гребли все без исключения, даже дети. Гномы орудовали топорами, повернув их плашмя. Охотники продолжали выпускать стрелы, еще два гоблина завизжали от боли и, выронив трубки, ухватились за торчащие из тел древки стрел. Пауки успели накрыть нас волной магии, но они безнадежно опаздывали. В моей голове появился легкий гул, раздался невнятный шепот, схожий со змеиным шипением… и только. Мы продолжали уходить полным ходом.

Плоты резко ускорились, берег с беснующимися шурдами начал быстро удаляться. Когда я почувствовал, как наш плот вздрогнул и начал разворачиваться, я облегченно вздохнул — мы добрались до стремнины, и теперь течение тащило нас за собой."

"Взглянув в сторону покинутого берега, я убедился, что шурды не сунулись в воду. Пауки неподвижно застыли у самой воды и провожали нас светящимися глазницами. Поздно! Мы отплыли достаточно далеко, чтобы пауки смогли воспользоваться своей магией с должной эффективностью. Слухи оказались правдивы — нежить не может войти в текущую воду. Или плавать не умеют, кто его знает. Сомневаюсь, что собранные из костей твари смогут удержаться на плаву.

Литас выпустил последнюю стрелу, и уже на излете она ткнула сгарха в покрытый шерстью бок и бессильно отлетела в сторону.

Без опаски выпрямившись, я поднял здоровую руку в воздух и ликующе закричал. Нам удалось уйти от погони и не потерять ни одного человека или гнома. Чистая победа!

Вслед за мной торжествующе завопили и засвистели остальные, хлопая соседей по плечам. Река изогнулась, и вскоре залитый кровью берег скрылся за поворотом. Вдоль берега за нами мчалось два сгарха, за ними поспешали остатки отряда и самыми последними ковыляли костяные пауки, увязая в снегу. Преследователи безнадежно отставали — бурное течение несло нас гораздо быстрее, чем могли двигаться шурды.

Так оно и случилось — шурды продержались недолго и вскоре остановились, провожая нас озлобленным верещанием. Осмотрев плоты, я убедился, что никто не отстал, ни один плот не перевернулся. Все было в порядке, и я успокоился, занявшись обдумыванием, где именно нам лучше высадиться на берег.

Но сосредоточиться никак не получалось. Где-то на задворках сознания бродила неоформившаяся тревожная мысль.