Темные времена

Отдавая короткие приказы и покрикивая на замешкавшихся, я метался между плотами и, срывая напрочь голос, все поторапливал и поторапливал окружающих. Я успевал охватить взглядом все окружающее пространство, успевал заметить, где следует подстегнуть отстающих.

Над берегом звучали ругань, плач женщин и визг перепуганных общим волнением детей. Испуганно ржущие лошади упирались всеми четырьмя копытами, не желая заходить в ледяную воду. Стефий, ломая ветви и рвя одежду, слетел с сосны и помчался к оставленной неподалеку сумке.

— Бегом, бегом!

— Азасти! Ик сери нередостр! Азасти!

— Да залезай же ты в воду, упрямая скотина!

— Кто-нибудь, держите собаку! За ошейник хватай!

— Господин, что делать с мешками?!

— Где господин Корис?!

— Да здесь я! Тащите детей на плоты, мать вашу! Детей на плоты!

К счастью, паника улеглась достаточно быстро, и через десять стремительно пролетевших минут мы все оказались на покачивающихся плотах. Как только последний член отряда оказался на борту, мужчины уперли в дно длинные шесты и оттолкнули плоты подальше от берега, таща за собой привязанных лошадей и мулов. С каждой секундой полоса воды между нами и берегом все расширялась, и теперь меня волновала лишь одна мысль — полезут ли шурды в воду?

Вовремя. Еще через миг заросли прибрежного кустарника с треском раздались в сторону, и на берег реки вырвался первый сгарх с наездником на спине. Теперь у меня появилась возможность разглядеть обросшую страшными легендами тварь в мельчайших подробностях."

"Первое впечатление — огромный северный медведь-переросток. Но затем сгарх повел головой, принюхиваясь, и повернул морду в сторону реки. Я понял, что у сгарха с медведем не больше общего, чем у меня с гномом — о такой огромной пасти любой медведь мог только мечтать. Густой темно-серый мех спутанными лохмами свисал с боков и спины зверя, доставая до самой земли, скрывая тело. Такой меховой панцирь не каждая стрела пробьет. Мощные толстые лапы утопали в снегу, и я не смог увидеть когтей, но мне хватило и увиденных ранее следов — когти у сгархов были.

Восседающий на спине сгарха поводырь возбужденно завертелся в стороны и, обнаружив нас в воде, незамедлительно заверещал, подавая сигнал остальным. Вслед за первой тварью на берег выскочили еще два сгарха и застыли у самой кромки воды. Визг разъяренных шурдов зазвучал с утроенной силой, и я поморщился, с трудом подавив желание заткнуть уши. Один из поводырей ударами палки попытался заставить сгарха зайти в воду, но зверь яростно зарычал и дернулся всем телом. Поводырь лишь чудом удержался на спине и больше не пытался принудить огромного зверя зайти в воду. Литас с Ортисом угадали — сгархи явно не были в восторге от своих уродливых хозяев.