Темные удовольствия

Он пересек лед, направляясь к скамейке запасных игроков.

— Никаких «эй», — прорычал он и шлепнул меня по заднице достаточно сильно, чтобы почувствовать это через платье-свитер. — Твоя судьба решена.

Как только мы пересекли ледовую поверхность, он опустил меня на маты перед скамейкой. Я медленно заскользила вниз по его телу, задевая своими изгибами его член. Он поцеловал меня грубо, с одержимой настойчивостью, удерживая за подбородок, давая мне именно то, что я так любила. Чувство принадлежности этому мужчине.

Как только я, задыхаясь, вцепилась в него, он прикусил мою нижнюю губу и отстранился, его глаза были голодными.

— Повернись и держись, — грубо приказал он, помогая мне повернуться.

У меня едва хватило времени задуматься, что, черт возьми, у него на уме. Я ухватилась за барьер перед скамейкой, а он нагнул меня и задрал платье.

— Бек! — Мое сердце заколотилось от предвкушения.

Одним плавным движением он стянул с меня колготки и трусики. Он оставил их болтаться чуть выше колен, зажав мои ноги, так что я не могла нормально двигаться.

— Кто-то может прийти, — пробормотала я.

Беккет наклонился ко мне сзади, его горячее дыхание обдувало мою попку. Его пальцы впились в каждую ягодицу, когда он раздвинул их, разглядывая всю длину моей расщелины. Я была полностью выставлена на обозрение ему и всем, кто мог зайти на каток. Мне было неловко от того, насколько мокрой я стала от самой идеи быть выставленной на показ с риском быть пойманной.

— Они не посмеют, — пробормотал он напротив моей кожи. Его язык высунулся, чтобы облизать меня от попки до клитора и обратно, погружаясь внутрь, когда он приблизился к моему входу.

Я задрожала, возбудившись больше, чем могла вынести.

— Такая мокрая, Иви. Думаю, тебе нравится идея быть трахнутой своим преследователем, не так ли?

— Только тобой, — пробормотала я.

Он провел указательным пальцем по моей щели. Его язык кружил вокруг сморщенной дырочки, пока еще два пальца двигались внутри меня, заставляя влагу стекать по внутренней стороне бедер. Ощущения были странными, но чертовски потрясающими.

— Хорошая девочка. Только мной, сегодня, завтра и всегда.

Затем он встал, и звон расстегиваемого ремня лишь усилил жар во мне.

— Держись крепче, — предупредил он, проводя членом вверх и вниз по киске.

Беккет плюнул на мою щель, и от горячих брызг влаги в том месте, где его член должен был войти внутрь, у меня задрожали колени. Затем он скользнул внутрь. Моя киска стала намного лучше принимать его, но иногда мне все еще казалось, что он собирается разделить меня надвое.

— Блядь, — прошипел он, когда полностью оказался внутри. Я сжалась вокруг него, силясь принять его размер. — Хорошая девочка, Иви, расслабься для меня.