Заживо в темноте

В номере Зои царил беспорядок. На кровати и на полу были разбросаны бумаги. Он быстро их проглядел – все связаны с делом Шредингера. В углу за кроватью нашел пару грязных носков. Зубная щетка и прочее осталось в ванной – видимо, в спешке Зои забыла упаковать туалетные принадлежности. На ночном столике лежали снимки с последнего места преступления. Тейтум взял их, чтобы просмотреть, и под ними заметил визитную карточку.

Джозеф Додсон, электрик, специалист по ремонту кондиционеров. Тейтум нахмурился, потом вспомнил, как несколько дней назад столкнулся в коридоре с незнакомцем, выходившим из комнаты Зои.

Здоровяк в клетчатой рубашке.

Вертя в пальцах визитку, он задумался, не может ли этот человек что-то знать, и тут зазвонил телефон. Номер снова незнакомый. Впрочем, за последний час он говорил со множеством незнакомых номеров.

– Агент Грей? – Человек на том конце провода тяжело дышал, и голос его подрагивал от волнения. – Это Гарри. Репортер.

– Сейчас у меня нет времени…

– Я только что получил еще одно письмо от Шредингера. Видео. – Наглого и циничного репортера, которого помнил Тейтум, словно подменили; казалось, этот человек на грани нервного срыва. – Пересылаю вам ссылку.

Секунду спустя телефон пискнул, возвестив о приходе сообщения. На этот раз ссылка вела не на никому не известный сайт, чье имя состояло из бессмысленного набора букв и цифр, а на «Ю-тьюб». Тейтум щелкнул по ссылке, и на экране появилось видео.

Колени у него подогнулись, и он упал на кровать, не сводя глаз с лица Зои.

В первую секунду Зои показалось, что еще ночь и в номере задернуты шторы. Во рту пересохло, и стоял вкус шерсти. Она попыталась повернуться, чтобы взять телефон и посмотреть, который час. И обнаружила, что не в состоянии шевельнуть рукой. Руки были связаны за спиной, в запястья вгрызалось что-то жесткое. Во рту сидел кляп. И все тело ныло, будто ее избили.

Зои попыталась поднять ногу – и сразу уперлась во что-то твердое над собой.

Это сон. Порой она так погружалась в свои дела, что начинала видеть о них кошмары. Однако боль во всем теле, давление на запястья, ощущения во рту… нет, все это слишком реально.

И абсолютная темнота вокруг. Такая, в которой не важно, открыты или закрыты у тебя глаза.

Зои начала извиваться, пытаясь высвободить руки. Тут же наткнулась плечами на стенку слева, стенку справа. Запаниковав, попыталась сесть – и ударилась лбом.

Причем это тесное темное место было наполнено глухими вздохами, стонами, воплями. И лишь когда горло запылало огнем, Зои поняла: объятая ужасом, кричит и стонет сквозь кляп она сама. Куда бы она ни рвалась, везде натыкалась на стену, жесткую, неумолимую. И понимала: дальше только земля. Сверху и снизу, слева и справа: камни и песок. Даже освободив руки, она останется погребенной.