Куратор Тёмного факультета

Вот если бы встретились мы с тобой тогда, на поле боя, разговор был бы другой. В принципе, не до болтовни было бы.

– А ты мне нравишься всë больше и больше. В хорошем смысле. Честно говоря, не дай боги война. Не хотел бы встретится с тобой лицом к лицу на поле брани, находясь по разные стороны.

– Аналогично, Олли. Поэтому предпочитаю поддерживать какой-никакой мир, чем лезть в драку. Ты же понимаешь, что все военные конфликты затеваются ""наверху"", а решаются за счёт простых людей. При этом страдают и мирные жители в том числе. У нас очень жёсткие законы, которые мы соблюдаем, иначе представляешь, что будет, если на Тёмных землях разразится гражданская война?

Олли даже передëрнуло:

– Да уж. Тогда весь мир погрузится в хаос.

Мы оба ненадолго замолчали. Но потом я первая нарушила тишину:

– Что произошло во время войны? Глен не подчинился какому-то идиотскому приказу, чтобы сохранить взвод?

– Я даже не знаю, что сказать. Попробую вкратце, а дальше ты уже сама давай оценку. Однажды мы совершенно случайно наткнулись на Тёмных. Их вообще в том квадрате быть не должно было. И там даже не разведывательный отряд был... Крупный военачальник со своими приближёнными. Завязался бой, погибли все, кроме нас с Гленом. В тот день мы выиграли и проиграли одновременно.

– Это как? Если опустить, что были убиты мои соотечественники, то это однозначный успех.

– Наше командование так не посчитало. В их глазах было бы лучше, если бы мы погибли. А ещё лучше, чтобы вообще нас в том месте тогда не оказалось. Если опустить все подробности, то ""своей выходкой"" мы нарушили планы и стратегии командования. Как только под трибунал не отдали, не знаю. Хотя могли попросту придушить подушками ещё когда мы с Гленом валялись в лазарете. Мы же полумëртвые добрались до своих. В общем, как нам передали, ""старший лейтенант Рихтер и лейтенант Шер"" должны быть благодарны, что их всего лишь понизили в званиях, а не казнили на месте за самоуправство и нарушение воинской дисциплины "". Соответственно, на фронт мы вернулись уже лейтенантом и младшим лейтенантом. В этих званиях и дослужили до окончания войны. Мне-то без разницы, сама понимаешь, титул, доставшийся по праву рождения по-прежнему легко открывает если не все двери, то подавляющее большинство. А вот по Глену ударило серьëзнее. Ни о каком пожаловании дворянства больше речи не шло. Как он тогда не сломался, вообще не понимаю. Все понимали, что с нами поступили несправедливо, но поделать ничего было нельзя. После войны мы ещё какое-то время продолжали служить, так как просто некому было воспитывать новые кадры, а потом попросили с вещами на выход, так как с мирное время сильные боевые маги в армии не нужны.

Я сидела, вцепившись обеими руками в волосы и еле сдерживалась, чтобы не завыть.