Темное влечение

Вечно. Пока твой род не прервется.

— Пока род не прервется? — неожиданно усмехнулся Кайл, до которого мне оставалось так мало! Я все еще не могла сказать ни слова, и граф не видел меня, как и прежде. — Что ж… Ты хочешь, чтобы однажды я сошел с ума и уничтожил твоей силой половину планеты. Это мне понятно. Зачем брать одну душу, если можно заполучить тысячи мертвецов?.. Логично. Но, выходит, у тебя в планах создать кровавого тирана не только из меня, но и из всех моих детей?

Слова графа звучали ужасно вызывающе. Но, казалось, Аралишгаль ни капли не оскорбилась.

— Ты верно все понял, Кайл Шерье. Так ты согласен на мои условия?

Граф продолжал усмехаться.

— Нет! — кричала я в пустоту. Но из горла не доносилось ни звука. А Кайл тем временем отвечал:

— Тьма сделала меня бесплодным в шестнадцать, когда ради увеличения собственной силы я начал изучать, создавать и практиковать на себе запрещенные заклятия. Род Шерье на мне прервется. Так что тебе придется долго ждать моих потомков.

И, не дожидаясь, пока Смерть передумает, закончил:

— Нет, пожалуйста, — уже шептала я, чувствуя, что мне осталось освободить лишь одну ногу, чтобы окончательно выпасть в мир Сумерек.

Кайл чуть нахмурился и пару раз оглянулся, посмотрев сквозь меня. Я висела перед ним будто в черном мареве, в клубящейся ртутной дымке, которая вот-вот должна была исчезнуть. Но пока он все еще не видел меня.

В этот момент голос Смерти повысился, переходя на страшные звонко-высокие тона, от которых я задергалась, пытаясь двигаться быстрее. Вырваться из захвата проклятого зеркала.

— Да вступит наш договор в силу с этого момента! Я нарекаю тебя именем “Eridan”, что означает “посланник Смерти”. Отныне ты проклят и благословлен Тьмой, Кайл Эридан Кастро-Найрен. Отныне ты — первый из истинных повелителей нежити!

В этот момент случилось две вещи одновременно. Я, наконец, выпуталась из липкого захвата портала, а рядом с Кайлом что-то словно взорвалось. Тьма собралась в огромный кокон вокруг его тела, заклубилась, закружилась, превращаясь в страшный ураган, а затем вдруг разлетелась во все стороны.

Я уже почти дотронулась до плеча графа, как меня отшвырнуло взрывной волной.

А в следующий миг меня уже не было.

Когда я открыла глаза, во рту было сухо, а язык словно распух от назойливого металлического привкуса. Первым, на что упал взгляд, оказалось какое-то белое марево. В памяти сверкнуло воспоминание о том, как я выпала в Сумерки, после чего навалилась оглушающая чернота.

— Может, я уже… того? — проговорила тихо, признавая, что хриплый голос, который это произнес, вполне мог принадлежать привидению.

— Нет, милая госпожа, вам еще очень-очень далеко до “того”! — с удивительно-знакомой веселостью произнес кто-то рядом.