Темное влечение

 — Стационарный. Он ведет в одну конкретную точку мира мертвых.

— Кайл там? И я могу забрать его оттуда? — Я взглянула на банши, дожидаясь хоть одного ее прямого ответа.

— Только если сама захочешь.

— Но ты сказала, что я могу там умереть. Что, если граф вернется сам, а я заблужусь в Сумерках навсегда? Я не самоубийца.

Я думала, что кровожадную Лорейну остановят мои слова. Дадут ей понять, что меня не толкнуть на верную смерть парой небрежно брошенных слов.

Но Лорейна ответила совершенно неожиданно:

— Как хочешь, Ниара. Мне до этого нет никакого дела. Если пожелаешь, я просто могу показать тебе хозяина. Мне несложно.

— Покажи! — тут же выпалила я, выдавая, как сильно меня волнует эта тема, как бьет меня нервная дрожь при одном упоминании Кайла.

Лорейна оскалилась и невозмутимо кивнула.

— Смотри внимательно, Ниара…

Она подлетела к центру нарисованной композиции из символов, подняла призрачные кисти, напоминающие кости, обтянутые кожей, и дыхнула прямо перед собой.

Из провала рта вырвался белесый туман. Вокруг мгновенно стало на несколько градусов холоднее. Пара свечей потухла, остался лишь один маленький дрожащий огонек в самом углу подвала.

Вместе со светом исчезали и остатки моего самообладания. Теперь в холодном каменном склепе остались только я, банши и десять пока еще неподвижных драугров вокруг.

А в следующий миг чернота в самом центре помещения словно стала сгущаться. Откуда ни возьмись появился тихий дребезжащий звук, который с каждым мгновением усиливался. Когда я уже готова была зажать уши и закрыть ладонями глаза, мечтая исчезнуть отсюда поскорее, прямо возле Лорейны возникло блестящее черное зеркало. Оно будто светилось изнутри и одновременно поглощало остатки света от тусклой свечи.

Лорейна улыбнулась, чавкнув полуоторванной челюстью, отчего впору было закричать и умчаться прочь.

Но я замерла на месте как ледяная статуя, затаив дыхание. Потому что внутри глянцево-ртутной поверхности вдруг мелькнула фигура Кайла Шерье.

Я ринулась к зеркалу, забывая все на свете, не замечая, что банши теперь так близко ко мне, что кожа сама собой покрывается мелкими мурашками, а маленькие волоски на ней встают дыбом.

Для меня было важно лишь то, что происходило в клубящейся глади отражения.

Кайл был бледен. Под его глазами пролегли темные круги, ладони алели от крови. На одной щеке виднелась багряная царапина.

— Он что, дрался с кем-то? — выдохнула я. В этот момент Кайл обернулся, будто на секунду посмотрев в зеркало, на меня. — Граф, граф!!!

— Он тебя не слышит, — покачала головой банши. — Он же в Сумерках. Это… жуть как далеко отсюда.

— А кровь?.. Почему он весь в крови? — выдохнула я, не показывая, как расстроена.