На пятьдесят оттенков темнее

Что он собирается делать?

Клуб не зря носит свое название. Туалетные комнаты на высоте современного дизайна – темное дерево, черный гранит и пятна света от стратегически верно размещенных галогенных светильников. Уединившись в кабинке, я ухмыляюсь, снимая нижнее белье. И снова радуюсь, что надела платье-рубашку цвета морской волны. Я-то хотела предстать в достойном виде перед доктором Флинном – и не ожидала, что вечер примет такой неожиданный оборот.

Я уже возбуждена. Почему он так влияет на меня? Мне даже не нравится, что я так легко подпадаю под его обаяние. Теперь я знаю, что в этот вечер мы не будем обсуждать наши проблемы и недавние события… но разве я могу устоять против него?

Гляжусь на себя в зеркало: у меня горят глаза, а на щеках – румянец восторга.

Я набираю в грудь воздух и возвращаюсь в зал. Нет, я и раньше иногда ходила без трусов. Моя внутренняя богиня задрапировалась в бриллианты и розовое боа из перьев и танцует в туфлях на высоченном каблуке.

Кристиан вежливо встает, когда я подхожу к столику. Как всегда, он выглядит безукоризненно – спокойный, собранный, крутой, с непроницаемым выражением лица. Конечно, теперь я знаю его лучше.

– Садись рядом со мной, – говорит он. Я сажусь, где он показал, он – тоже. – Я уже заказал для тебя блюда. Надеюсь, ты не будешь возражать.

Он отдает мне недопитый бокал шампанского и пристально смотрит на меня. Под его пристальным взором моя кровь снова закипает. Он положил руки на колени. Я напрягаюсь и слегка раздвигаю ноги.

Появляется официант с блюдом устриц на колотом льду. Устрицы. Я тут же вспоминаю, как мы сидим вдвоем в приватной столовой Кристиана в отеле «Хитман». Тогда мы обсуждали его контракт. Ой, мамочки! Сколько всего произошло с тех пор.

– Кажется, в прошлый раз устрицы тебе понравились. – Его голос звучит вкрадчиво, сексуально.

– Только обстановка, в которой я их пробовала. – Я уже еле дышу от страсти, мой голос меня выдает. Его губы раздвигаются в улыбке.

– Ох, мисс Стил, когда вы научитесь?

Он берет с блюда устрицу и отрывает от колена другую руку. Я моргаю в предвкушении, но он берет ломтик лимона.

– Научусь что? – спрашиваю я. Господи, мой пульс словно бешеный. Его длинные, чуткие пальцы аккуратно выжимают лимонный сок на устрицу.

– Ешь, – говорит он и подносит устрицу к моему рту. Я раскрываю рот, и он осторожно кладет раковину мне на нижнюю губу. – Медленно запрокинь голову, – бормочет он. Я делаю, как велено, и устрица скользит мне в горло. Кристиан не прикасается ко мне, только раковина.

Кристиан тоже съедает устрицу, потом скармливает мне еще одну. Мы продолжаем это мучительное занятие, пока не съедаем всю дюжину. За это время он ни разу не дотрагивается до меня.