Еще темнее

 – Значит, у тебя есть недвижимость в Нью-Йорке и Аспене?

– Да.

– А где в Нью-Йорке?

– В «ТриБеКа».

– Расскажи подробнее.

– Это квартира. Я редко пользуюсь ею. Мои родные живут там чаще, чем я. Я свожу тебя туда, если хочешь.

Ана встает, берет наши тарелки и несет к раковине. Сейчас она станет все мыть.

– Оставь. Гейл вымоет, – говорю я.

По-моему, она счастлива, что не надо возиться с посудой.

– Ну, мисс Стил, теперь у вас более-менее кроткий вид. Поговорим о сегодняшних событиях?

– По-моему, это ты выглядишь более кротким. Мне кажется, я делаю полезное дело, укрощая тебя.

– Меня? Укрощая? – фыркаю я, удивляясь, что меня, оказывается, нужно укрощать.

Она кивает. Она не шутит.

Укрощать меня.

Что ж, я определенно стал более кротким после нашей поездки на лифте. И она была более чем счастлива внести свой вклад. Она это имела в виду?

– Да. Пожалуй, ты права, Анастейша.

– Ты был прав насчет Джека, – говорит она уже серьезно и наклоняется над кухонным баром, чтобы посмотреть на мою реакцию.

У меня холодеет все внутри.

– Он приставал к тебе?

Она мотает головой для убедительности.

– Нет, и не будет, Кристиан. Сегодня я сказала ему, что я твоя подружка, и он дал задний ход.

– Точно? А то я уволю этого мудака.

Хватит о нем говорить. Надо гнать, и все.

Ана вздыхает.

– Ты должен позволить мне выигрывать собственные сражения. Ты ведь не можешь постоянно опекать меня. Это душит, Кристиан. Я никогда не добьюсь ничего в жизни, если ты будешь все время вмешиваться. Мне нужна некоторая свобода. Ведь я не вмешиваюсь в твои дела.

– Я хочу лишь твоей безопасности, Анастейша. Если с тобой что-нибудь случится, то я…

– Знаю, и понимаю, почему ты так стремишься защитить меня. И мне отчасти это нравится. Я знаю, что если ты мне понадобишься, то ты будешь рядом со мной, как и я рядом с тобой. Но если мы хотим надеяться на совместное будущее, то ты должен доверять мне и доверять моим оценкам. Да, я иногда ошибаюсь – делаю что-то неправильно, но я должна учиться. – У нее получается не монолог, а страстная мольба, и я понимаю, что она права.

Только вот… только вот…

В моем сознании всплывают слова Флинна: «Ты оттолкнешь ее, если будешь действовать так и дальше».

Она подходит ко мне со спокойной решимостью и, взяв мои руки, кладет их вокруг своей талии. Потом с нежностью берет меня за плечи.

– Ты не должен вмешиваться в мою работу. Это неправильно. Я не хочу, чтобы ты появлялся как благородный рыцарь и спасал ситуацию. Понятно, что ты хочешь держать все под контролем, но не надо этого делать. Все равно это невозможно. Научись терпению. – Она гладит меня по щеке. – Если ты научишься терпению – дашь мне свободу действий – я перееду к тебе.

– Правда?

– Да.

– Но ты не знаешь меня, – выпаливаю я, внезапно охваченный паникой.