Темная сторона души

Соседям с другой стороны… тоже…

Она замялась, так как неожиданно сообразила, что не знает, о чем разговаривала с ними мать Вероники. Но понятно же – ни о чем хорошем!

– За такое не убивают, – равнодушно пожал плечами следователь. – Хотя с соседями мы, конечно, поговорим, уж само собой. А вот скажите-ка мне, Мария Анатольевна, что при вас говорила покойная своему зятю? Она его высмеивала, правда? Они часто ругались?

«Кто проговорился? – мелькнула в голове у Маши глупая мысль. – Да неважно – кто, важно, что следователь сейчас совсем не так все себе представит, как было на самом деле!»"

"– Они не ругались, – объяснила она, стараясь быть как можно более убедительной. Следователь перестал писать и теперь внимательно слушал, прищурившись, отчего она почувствовала себя как человек, который собирается сказать заведомую ложь, и собеседнику это известно. – Мать Вероники задирала его, старалась вывести из себя.

– Зачем?

– Не знаю, – искренне ответила Маша. – Мне кажется, что ей просто нравилось.

– И Егоров выходил из себя, не так ли?

– Нет, не так. – Маша постаралась, чтобы голос звучал твердо и уверенно. – Дмитрий очень сдержанно себя вел, никогда не кричал на нее. Он понимал, что Юлия Михайловна – больной человек и что связываться с ней не стоит, – повторила она слова самого Мити.

– Угу, угу, – покивал следователь. – А вот соседи ваши говорят, что Юлия Михайловна жаловалась на зятя: мол, тот грозился убить ее, потому что не хотел лишний рот кормить.

Маша ошеломленно молчала. «Ах ты старая мразь!» – мысленно произнесла она, хотя старалась о покойниках плохого не думать.

– Ну так что же, Мария Анатольевна? – укоризненно протянул следователь. – Вы с Егоровыми уже две недели живете, наблюдаете их отношения в непосредственной, так сказать, близи… Зачем же вы говорите, что они не ссорились? Дмитрия Егорова выгораживаете, мужа подруги?

– Мне нет никакой необходимости его выгораживать, – пожала плечами Маша, и сейчас голос у нее был твердым без малейшего притворства. – У Дмитрия Егорова, мужа моей подруги, алиби на момент убийства, как вы знаете. А про убитую могу сказать вам следующее, так, запишите в протоколе, пожалуйста: Юлия Михайловна была человеком, который обожал сеять свары. Ей они нравились. Ее они тонизировали, понимаете? Юлия Михайловна всегда про всех говорила гадости. Особенно любила сказать в лицо и смотреть, как человек отреагирует. Но Егоровы тем не менее ее терпели, потому что они очень порядочные люди. То, что Митя грозился ее убить, – полная чушь. Он ее в свой дом принял, хотя мог бы и отказаться. Вы об этом знаете?

– Знаю, знаю, – согласился следователь. – Ну что ж, принял – а потом раскаялся. Все, все, Мария Анатольевна! – перебил он, видя, что Маша собирается возразить.