Темная Академия (СИ)

 — Мое счастье сидит сейчас здесь и говорит мне эти холодные пустые слова.

Я молчала, не зная, что еще сказать. Он долго просто смотрел на меня, ничего не говоря.

Потом хрипло проговорил:

— Как же мучительно видеть тебя и знать, что ты мне не принадлежишь. Эта одержимость пугает меня самого, поверь, Адалейт. Но все в тебе доводит до исступления.

Твои голубые глаза, отражающие все, что происходит в тебе. То, как ты едва заметно делаешь гримаску, когда тебе что-то не нравится. Твоя скромность, парадоксально сочетающаяся с дерзостью. Твои жесты, сохраняющие грациозность и благородство даже в этой нелепой одежде. Твои волосы… До сих пор помню их запах, и он сводит с ума. Твои губы… Слаще них я ничего не пробовал в своей жизни. Если бы ты только позволила… Я боготворил бы тебя, слышишь? — его глаза затуманились, говорил он прерывисто и с трудом, словно каждое слово стоило неимоверных усилий.

Я застыла, не в состоянии даже шевельнуться. Как же сильно пугал напор его чувств!

Сейчас было даже жаль этого мужчину. Любовь ко мне превратилась для него в болезнь, от которой он не знал средства.

Не знаю, что произошло бы дальше, не вернись Парниса с Лораном. Лорд Дарбирн тут же отвернулся к окну, чтобы скрыть выражение лица. Лоран задумчиво посмотрел на меня и вновь устроился в кресле. Остальное я воспринимала, как в тумане. Обсуждение увиденной коллекции, скупые фразы вернувшего самообладание лорда-наместника.

Приход мамы, сообщившей, что готова к отъезду, разорвал сковавшее меня оцепенение. Я с радостью вскочила на ноги.

— Позвольте, я сам отвезу вас в Арклан, — услышала почти умоляющий голос лорда Дарбирна.

— В этом нет необходимости, — решительно откликнулась я. — Прошу вас, не утруждайте себя.

— Меня это не затруднит.

— Мы уже купили билеты, — соврала я и поспешила обратиться с какой-то репликой к Парнисе, чтобы избежать дальнейших неловких уговоров.

Спиной ощущала сверлящий взгляд лорда-наместника, когда мы уходили. Только когда дом Медлентов скрылся из виду, вздохнула с облегчением.

Лорану хватило любезности взять у мамы чемодан, за что я ему была благодарна. Мы шли молча, каждый думая о своем. Только когда мы дошли до станции дилижансов и Лоран ушел за билетами, мама нарушила молчание:

— Мы правильно сделали, что уехали. От его взгляда, когда он на тебя смотрит, становится страшно.

— Мне тоже, — передернув плечами, сказала я. — Не хочу больше его видеть. Никогда.

— На все воля Тараш, — задумчиво сказала мама и больше не затрагивала эту тему. — А этот парень, Лоран, у тебя с ним серьезно?

— У меня с ним вообще ничего нет! — поспешила я развеять сомнения мамы.

— Ну и хорошо, — неожиданно заключила она. — Нечего связываться с благородными. Это не для таких, как мы, Адалейт.