Темная королева. Их шанс на любовь

Глубокие раны на теле воспалились, в них буквально цвела и пахла разнообразная зараза. Я чувствовала запах ее крови… и понимала, что она уже пропитана гнилостным ядом. Ни один вампир не стал бы пить такую кровь. Девчонка обречена на смерть… была бы. Но в этот раз ей повезло.

Мне не свойственно самопожертвование и бескорыстная помощь, но, наверное, подействовал тот факт, что в девчонке я увидела себя…

— Ничего не спрашивай, просто пей! — приказала я и, чиркнув удлинившимся когтем по запястью, приложила закровившую ранку к губам оборотницы.

Та дернулась, попыталась воспротивиться, и я прикрикнула на нее, использовав флер:

И о чудо, воздействие подействовало! Уж не знаю, почему не сработало с Арделом и его бандой, но я обязательно выясню.

Девчонка неуклюже лакала кровь, окончательно извазюкав и без того грязное лицо, пока вконец не обессилела и не отключилась. Я потерла пальцем затянувшуюся ранку и удовлетворенно хмыкнула. Пусть спит. Когда проснется, будет чувствовать себя на порядок лучше, а может и вовсе все на ней затянется.

Вернувшись на улицу с гордостью увидела, что Бьерн уже, фактически, закончил расправляться с незваными гостями. В данный момент он «любовно» вжимал в землю большого, бешено скулящего лиса. Скелетик, не имея иной возможности выразить свое отношение, демонстративно «загребал» полудохлого лиса задними лапами.

Заметив меня, лис подернулся дымкой и превратился в основательно помятого, израненного мужика.

— Останови дикого! — взмолился он, обращаясь, почему-то, ко мне. — Я князь Лисогорья! Я заплачу! Сколько угодно заплачу за свою жизнь! А если дикий меня убьет — вам тоже не жить! Вас из-под земли достанут, человечка…

— Это вы напали на нас. Мы в своем праве! — отрезала я.

— Напали⁈ — даже прижатый медвежьей лапой, этот рыжий еще пытался хорохориться. — Ни я, ни мои подчиненные не думали трогать вас. Да мы даже не знали, что тут кто-то живет… Мы пришли за моей невестой!

— Это той, которая вот-вот богам душу отдаст? — скривилась я. — Хорош жених, раз довел невесту до такого состояния.

Лис зарычал, потом резко заскулил, когда медвежьи челюсти с угрожающим хрустом щелкнули над его головой.

— Нас в любом случае будут преследовать. Что-то мне подсказывает, что этот лис вряд ли сдержит слово…

Князек попытался протестовать, но лапа Бьерна послужила серьезным аргументом заткнуться.

— Дай-ка я кое-что попробую.

Приблизившись к оборотню, оценила его состояние: потрепанный, ослабевший… Отличная возможность проверить одну мою догадку.

— Да… — покорно ответил лис.