Телохранитель. Мы под запретом (СИ)

Однако я все равно ничего не могу поделать с тем, что испытываю жуткий страх перед ним.

Даже на фотографиях.

—Конечно, а почему нет?— добродушно улыбается Женя, и я замираю на ступеньке, вцепившись в парапет.

—Я не умею…и я боюсь.

Женя разворачивается, и теперь мы стоим так, что находимся на одном уровне. Непривычно быть с ним на одном уровне. Хотя бы так, хоть имитация этого равенства.

Всматриваюсь в его широко распахнутые глаза, обрамленные длиннющими ресницами, и теряюсь в своих эмоциях. Меня топит ими. Я в них захлебываюсь рядом с Женей.

—Я тебя научу. И буду рядом, тебе бояться нечего. Никогда и ни в чем, когда ты со мной. И даже если я не рядом, ты все равно под моей защитой.

Его слова мне ударяются в сердце и растекаются по нему патокой. Возможно, для кого это могло бы звучать высокопарно, для кого-то даже высокомерно и как-то с напуском. И только для меня это нерушимый обет, в котором я уверена больше, чем в самой себе. Больше, чем в ком-либо еще в своем окружении.

Глава 37

Света

—Первое. Ты не должна бояться оружия. Это твой компаньон. Средство. Метод.

Женя проводит инструктаж, ставит меня в правильную позицию, шепча на ухо все то, что я должна помнить. У меня не получается в полной мере осознать его слова, потому что прикосновения будто бы отключают мозг.

Ладони съезжают от рук к пояснице, спиной я теперь прижимаюсь к груди своего телохранителя.

Мне кажется, этот момент намного более интимный, чем может показаться на первый взгляд. Шершавые пальцы скользят вверх к шее и выставляют правильно угол наклона головы. Пульс стучит в висках от простых касаний, а руки покрываются тонкой липкой пленкой.

На столике стоят разные пистолеты, и все они меня пугают до чертиков. Не могу пояснить собственный страх перед оружием, но чем больше я всматриваюсь в холодный металл, тем тяжелее мне дышать от подступающего к горлу удушающей тошноты.

—В этом деле все имеет значение, Света. Если ты правильно дышишь, стоишь, держишь оружие, значит, ты правильно стреляешь. Ничего не бойся. Никогда. Как только страх поселяется внутри тебя, ты совершаешь ошибки. Или промахиваешься, — губы скользят по ушной раковине, а я покрываюсь мурашками.

Горячее дыхание опаляет кожу, покрывающуюся от этого мурашками. Я сглатываю вязкую слюну и рассматриваю белый трафарет, висящий на приличном расстоянии от нас. Там схематично нарисован человек, мне отсюда не так чтобы идеально видно, но, очевидно, попасть нужно по центру.

—Ты давно этим занимаешься?

—Всю жизнь, — печальным голосом отвечает Женя.

—И тебе нравится…стрелять?

—Мне нравится оружие. Изящный способ выпустить пар, — широкие ладони приземляются на мои бедра, слегка переставляя позицию тела.