Телохранитель для Снежной

— Это не опасно? — Она открыла глаза и посмотрела на него, но в темноте не увидела ничего, кроме очертаний.

— Все опасно, но здесь оставаться тоже нельзя. — Илья склонился к ней и невесомо чмокнул в переносицу. Желание постоянно касаться ее и целовать было почти непреодолимым, и он с усердием потакал ему. — Стас должен за нами приехать, но у меня нет телефона, чтобы сообщить ему, где мы…

— А если не получится?

— Я что-нибудь придумаю, — уверенно ответил Илья и, чуть помедлив, попросил: — Расскажи лучше, чего хотел Юдин…

Симона заметно напряглась и шумно втянула носом воздух. Эта тема по-прежнему была слишком тяжелой для нее, от одного воспоминания об этом человеке внутри все задрожало, а тело потеряло пластичность.

— Снеж, — мягко позвал Илья, бережно целуя висок и помогая расслабиться. — Это очень важно. Ты уже достаточно намолчала…

— Прости, ты прав…

Она повернула голову, и его губы коснулись ее губ, втягивая в тягучий чувственный поцелуй. Илья целовал осторожно и нежно, не разжигая пламя страсти, а даря крепкую опору под ногами. Симона отстранилась и едва слышно вздохнула, собираясь с мыслями.

— Он хотел, чтобы я подписала брачный контракт и вышла за него замуж.

— Даже так… — озадаченно протянул Илья, обдумывая полученную информацию. — А ты?

— Я отказалась и порвала его.

— Смело.

— Так получилось… — Симона смущенно улыбнулась и спряталась на его груди.

— Ты молодец. — Илья крепче сжал руки в знак поддержки. — А он больной на голову изврат.

Вслух он ничего не сказал, чтобы не пугать ее, но про себя подумал, что все эти телодвижения сильно осложняли их положение. Юдин далеко не дурак и прекрасно понимает, что с ним будет, если Симона откроет рот. А это значило лишь одно — он не оставит ее в живых. Это не в его интересах. Значит, по-любому будет пытаться ликвидировать. По спине пробежал неприятный холодок, заставив поморщиться. Нужен какой-то план, чтобы защитить Симону, но ресурсов было немного. Утром они должны обязательно уйти отсюда, ни к чему искушать судьбу.

— Спасибо тебе, — услышал он тихий голос и заглянул в глаза. Не видел ничего, но интуитивно ощущал, что они блестят.

— За что? — так же тихо прошептал Илья и затаил дыхание, словно почувствовав, что настало время откровений, к которым он был совсем не готов.

— За то, что появился в моей жизни и научил на многое смотреть под другим углом. Я ведь даже не предполагал, что так бывает. — Симона смущалась, слова давались ей нелегко, но решила во что бы то ни стало высказать Илье все, что накопилось. — Там, в подвале, когда он заставлял меня вспоминать все те ужасные вещи, что сделал со мной, я думала о тебе и вдруг поняла, что не боюсь его.