Я. Тебя. Заставлю

В удобное, разумеется, для него время.

От чая Кирилл не отказывается, при этом несколько раз извиняется за то, что торопится. Ссылается на загруженность, обещает, что непременно заедет как-нибудь в другой раз.

Он объясняет маме очевидные вещи, те самые, которые я проговаривала множество раз. Что бы ни случилось, не давать признательных показаний. Как бы ни уговаривали, что бы ни обещали взамен.

— Я не работаю с уголовными делами, но если бы работал, то в первую очередь всегда читал бы именно признательные показания. То, что поют на слушаниях, — ерунда, всем понятно, это сочинения адвокатов на вольную тему. А вот заявленное при самом задержании — действительно имеет вес.

— Ничего не трогайте, — продолжает он. — Не доставайте из сумки или карманов даже собственные вещи. Увидели силовиков — замерли, ручки подняли и стоим улыбаемся. Тогда на уликах не останется ваших отпечатков или следов пота. Пусть сами лазят, ищут, раз приперлись. Никто их не звал, не переломятся.

— И кстати, если вымогают взятку, мам, — встреваю я, — то следует согласиться. Попросить время, чтобы якобы собрать нужную сумму, а самой связаться с полицией и объяснить ситуацию."

"Мама хмурится и переводит взгляд на Кирилла в ожидании подтверждения или опровержения. Будучи чемпионом по закатыванию глаз, я устанавливаю новый мировой рекорд. Презентабельный внешний вид и манера себя вести позволили Богданову мгновенно перетянуть родителей на свою сторону.

— Кирилл? — я настоятельно прошу поддержки.

— Лада права, — говорит он мягко. — Мнимое согласие дает возможность выиграть время, а в будущем, как знать, и поймать коррумпированных ментов. Вы всегда можете позвонить мне, сам лично я ничего не смогу сделать, но порекомендую адвоката.

Дальше мы недолго обсуждаем протоколы, что в них обязательно заносить и на что обратить внимание перед подписанием.

— Осведомлен — вооружен, — заканчивает Кирилл. — Мне пытались подкинуть деньги, но, как видите, я в полном порядке. Как вам собеседование в общем? Расскажите подробнее.

Напоследок он ворует со стола кусок пирога, и мы вновь садимся в машину.

Воспользовавшись объездной дорогой, Кирилл за каких-то двадцать минут преодолевает расстояние от станицы до своего жилого комплекса. Не могу сказать, что он гонит, но скоростной режим нарушает значительно. Я молчу, находясь под приятным впечатлением от часового чаепития.

Богданов припарковывает машину у ворот, выключает двигатель, и я вспоминаю, что ему нужно ехать. Остаток дня он проведет не со мной.

— Идем, Лада, я покажу, как включить и настроить кондиционер. — Он явно торопится.

— Спасибо, Кирилл.

Он вопросительно прищуривается.

— За то, что при моих родителях ни разу не намекнул на мое место. В твоей жизни.