Я тебя верну

— Оставь ее, — прошу я, вздохнув. — Дед Мороз не смотрел с ней неделю в обнимку мультики, не дарил ей цветы и поезд с динозаврами. Куда уж ему. Стихов не обломится.

К сожалению, даже после ухода гостей настроение Миры оставляет желать лучшего. Ее все раздражает, даже подарки. Перекусив шоколадкой, она категорически отказывается от обеда. Чуть позже закатывает еще пару истерик на улице, когда мы выходим гулять, и в магазине, когда стоим в очереди на кассу.

К вечеру меня начинает потряхивать.

В одиннадцать часов они с Егором кое-как засыпают, мы с Варей и мамой собираемся за столом и слушаем тишину. Я впервые притрагиваюсь к еде, и желудок отзывается режущей благодарностью.

Лёша звонит по громкой связи, и будто с нами. Он до последнего звал нас с Мирой к себе за город, но я понимала, что уложить дочку в чужом доме будет проблематично и праздник сорвется.

Да и... если начистоту, меня мучает жгучая вина за свои чувства к отцу Мирославы. Быть с Лёшей после этого кажется неправильным. Мне нужно время, чтобы разобраться в себе. Хотеть... так сильно хотеть женатого мужчину, да еще и будучи помолвленной с другим, — гадко. Я никому не могу в этом признаться. Куда там! Самой себе-то страшно. Лёша не заслужил подобного отношения.

Мы недолго сидим семьей, болтаем обо всем, обнимаемся. Варя немного плачет из-за того, что я скоро съеду. Я тоже держусь из последних сил. После бокала шампанского натощак кажется, будто съезжать нужно уже завтра и за миллион километров. Как бы там ни было, мы столько лет вместе! Я еще никогда не жила с мужчиной, мои страхи обоснованы. Вдруг не получится? Вдруг всё испорчу? У Лёши же ремонт делается с какой-то космической скоростью. Через неделю мы договорились с сестрой походить по магазинам, посмотреть платья.

— Наверное, это наш последний Новый год втроем, — причитает Варя.

— Не говори так, — спорю я."

"— Ты выйдешь замуж в марте. У нас с Колей тоже, может, что-то получится. И всё. Будем жить в разных районах, видеться раз в месяц. Или раз в полгода.

Я смотрю на сестру, и сердце сжимается. Сказывается напряжение последних дней, и меня накрывает. Мы плачем и обнимаемся как две дурочки. Мама делает памятные фотографии.

Ранним утром Мира спрашивает о папе, и меня мучает совесть. Дочь к нему привыкла, я это допустила. Она ждет его прихода, а Данила нет. Он далеко и, вероятно, занят. У него другая семья там. А я не могу! Ну не могу я поехать к нему на хутор! Даже если не будет хозяйки. Это выше моих сил!

Мысли разные в голове бродят. В какой-то момент я решаюсь. Захожу в инстаграм Златы. Вижу пост с потрясающей уличной елкой, горящей тысячами огней.

Вау. В мое время таких елок в станице не было и близко. Изумительно.

А потом я делаю то, что не делала раньше никогда. Тыкаю на аватарку Златы и открываю ее сторис.