Я тебя верну

Мы моргнуть не успеваем, как она ловко переворачивает бутылочку на папин рукав. К счастью, та уже пустая! Но Мира не отчаивается, хватает пока полную бутылочку Егора. Мы с Данилом оба кидаемся ее остановить. И хохочем! Над ситуацией, над находчивостью Миры.

А потом случайно пересекаемся глазами. Они у него не холодные. Не отстраненные. Данил задерживает на мне взгляд, а в нем интерес. Миронов мажет глазами по моим губам. По шее. Да так, что будто след остается. Кожа пылать начинает.

Я мгновенно краснею. И чувствую то, что нельзя чувствовать к чужому женатому мужчине.

Быстро отворачиваюсь, словно ошпарившись. Беру губку. Начинаю вытирать стол.

— Красивое кольцо, — произносит Данил таким голосом, будто иглу мне в грудь втыкает. Будто тоже ощутил то запретное и ненужное. Он не тушит огонь, он его раздувает. Не может остановиться.

Я чувствую себя гадкой. Сердце колотится.

Когда я с Лёшей — всё прекрасно. Но стоит приблизиться Миронову... стоит просто о нем подумать — все катится в пропасть! Ну почему так? Когда я уже окончательно излечусь от этого безумия?

— Спасибо, — отвечаю, растягивая губы сдержанной улыбкой.

— Ты счастлива?

Данил смотрит на меня — нутром чую. Гад! На его коленях сидит наша дочка. Я пустила его к себе в дом. Пустила в свою жизнь на определенных условиях.

— Очень, — говорю я. — Лёша хочет... Мы хотим пожениться в начале весны. Не могу дождаться.

— Папа, идем! — зовет Мирослава.

Я начинаю убирать со стола, чтобы занять руки. Данил поднимается и идет за дочкой ловить беглеца. Егор хохочет, спрятавшись за дверью. Аж визжит и ногами топает!

Бросаю взгляд вслед Миронову, а потом меня накрывает! Я срываюсь с катушек и теряю себя. Впиваюсь глазами в его спину, жадно, почти задыхаясь, рассматриваю плечи, ловлю ртом воздух, в котором еще распознается аромат его туалетной воды, и понимаю, что хочу Данила. Я хочу его так, что чертов узел внутри затягивается с адской силой. Мне больно. Руки дрожат. Я хочу с ним трахаться. Умираю, как сильно хочу.

Прикусываю внутреннюю сторону щеки. Идиотка. Презрение к самой себе такое, что голова кругом.

Следом я клянусь, что никогда, ни за что на свете ни словом, ни взглядом не признаюсь Данилу в этом. Похороню в себе неуместные желания. Задушу насмерть. Не позволю даже думать. А если вдруг спросит, буду отрицать до последнего."

"Он сейчас уедет к жене. Мне следует вспоминать об этом почаще.

Я знаю, что порочная. Данил тоже такой. Когда мы были вместе — взрывались и горели так, что его хреновы фейерверки за десяток миллионов рядом не стояли.

Но.

Мы — в прошлом. И я теперь не просто молоденькая свободная девушка. Я мама. У меня есть чувство собственного достоинства, есть гордость. Есть сила воли, и я давно научилась управлять желаниями.