Я тебя отвоюю

Глава 33"

"Время до решающего судебного заседания одновременно тянулось и неслось вприпрыжку. Суд удовлетворил ходатайство Стаса о сокращении сроков для примирения, беря на себя риск создания неоднозначного, но очень важного прецедента. Также было получено и ограничительное предписание. До Дины, кажется, даже дошло, что палку она перегнула. И теперь, вслед за разводом, их со Стасом ждала еще и дележка имущества.

Но в тот процесс Стас впрягаться уже не планировал — это было дело принципа, а не эмоций. Там он собирался доверить все адвокату и со спокойной душой принять любой исход событий.

Сам же… Просто тихо мечтал о том дне, когда окажется свободным человеком. Без штампа и хоть каких-то связей с женщиной, оказавшейся совсем не той, кого он сам на протяжении прожитых вместе лет пытался то ли рассмотреть, то ли создать.

Он никогда не сказал бы об этом Даше (скорее всего не поняла бы так, как стоило), но ярый контраст, который он увидел между прошлыми и нынешними отношениями, делали с одной стороны особенно больно, а с другой… Небывало легко.

Потому что все сомнения, которые съедали душу поначалу — имел ли право совершать опрометчивый поступок, не испытывая к ней и доли тех чувств, которые испытывает она? Имел ли право давать Даше надежду, когда у самого и мысли, и чувства были отданы другой — пусть речь уже не шла о любви, но когда тебе гадко… Всегда гадко… А еще больно… Тебе сложно с открытым сердцем бросаться в новые отношения. Имел ли право впутывать во все те сложности, которые и сам-то предвидеть не мог? Все эти бесконечные сомнения развеялись…

Слишком быстро и легко. Благодаря ее искренности, благодаря открытости, благодаря ласке и самоотверженности. Любовь Даши вырастила в нем ответное чувство.

Говорят, свое счастье не построишь на чужом горе, но Стас знал — на своем горе свое же счастье построить можно. Если на твоем пути встретилась такая, как Даша — можно.

Без отчаянных потуг Дины, направленных на то, чтобы отдалить их, они не сблизились бы так быстро и так сильно. Он не несся бы каждый день с работы домой со скоростью света, чтобы просто увидеть ее улыбку, обнять, коснуться губ… И почувствовать одновременно жадность и спокойствие, которое не сравнить ни с чем.

Ему нечем было бы напитывать душу. Ему незачем было бы жить. Его продолжала бы мучить бессонница. Он не бросил бы курить, потому что… Уже нельзя. Между ними больше нет преград, и их пороховая бочка рано или поздно взорвется счастьем.

Это был чистый омут. И они с Дашей шли в него на дно тандемом, не испытывая страха и сомнений. Это была внезапно обретенная полная свобода и самая сильная зависимость.

И даже размышлять — а что было бы, произойди это тогда, в юности, — больше не хотелось.