Мир, где нет тебя

Всё складывалось чересчур идеально, она поняла это ещё тогда, через пелену чувственного волнения. Но эти мысли были столь странными, что легче было от них отмахнуться.

Мама радовалась, что так удачно пристраивает дочку, Ванины родители радовались, что сын не привёл в дом незнакомую девушку, как у них было принято с лёгкой тревогой говорить, «из города». А новоиспечённые жених и невеста наслаждались своей ролью взрослых, самостоятельных личностей, которые доросли до того возраста, когда в состоянии самолично принимать судьбоносные решения. Но если отстраниться ото всех этих формальностей, острее всего Ланой вспоминались душившие её в то время эмоции. Перед замужеством она была уверена, что никогда и никого не будет любить так, как Ваню. И то, что всё складывалось так легко и удачно, окрыляло и пугало одновременно. Не случилось в её жизни, юности проблем и трагедий. Она не плакала по ночам из-за несчастной любви, как её подружки, не страдала от невнимания и комплексов. О комплексах она вообще никогда не задумывалась, искренне считала, что в ней их нет. И не потому, что она такая умница и раскрасавица, а потому, что ей их не привили. Мама никогда не указывала на её ошибки, не ставила ей кого-то в пример и не пыталась доказать, что дочь что-то делает и понимает не так. Мама была другим человеком, сама жила сиюминутными порывами и радостями, и считала, что правильно то, к чему у человека душа лежит. А как за такое можно ругать? И Лана выросла парящей, не привыкшей сомневаться в своих поступках. Если бы знала, как в будущем на этом придётся обжечься, возможно, и задумалась. И то вряд ли, в юности о проблемах будущего мало кто задумывается. Это ведь такое прекрасное время, когда ты уверен, что с тобой никогда ничего плохого не случится, и ты всегда поступаешь верно."

"Ваня же был другим. В силу своего возраста, казался Лане невероятно серьёзным и вдумчивым. Порой даже скучным. Это позже, уже будучи за ним замужем, она вдруг осознала, что вся его серьёзность, это напускное, по сути, он всё тот же мальчишка, каким был в восемнадцать. Просто повадки стали более мужскими, а вот в голове гулял ветер. Но опять же всё это характеризовало её любимого человека, а в любимом любишь всё, даже недостатки. Так уж повелось. Ваня учился в институте, правда, без особого задора, и не строя особых планов на карьеру. Его отец заведовал пилорамой неподалёку, и в какой-то момент Лана решила, что, окончив институт, Ваня дальше пилорамы шагать не соберётся. Её муж не был амбициозен и тщеславен, это стало открытием для неё, хотя и не ударом. Опять же, юношеская любовь перекрывала всё.