Люблю тебя (СИ)

 — У меня мало времени.

Тимур вальяжно расположился на стуле и жуёт жвачку. У него прибавилось татуировок. Теперь не только на руках, но и на шее. Волосы намазаны гелем, запах дорогого одеколона доносится до меня через весь стол. Ну русский Дэвид Бэкхем, не иначе.

— Я задам тебе несколько вопросов. От твоих ответов на них зависит, поедешь ли ты на Чемпионат мира.

— Чего??? — морщится. — Не ты решаешь, кто едет на Чемпионат мира.

— Если я захочу, чтобы тебя не было на Чемпионате мира, тебя там не будет. Так что будь хорошим мальчиком, Тимур. Отвечай честно.

Мне тоже не хочется тратить на Довлатова много времени. Во-первых, от его одеколона уже першит в носу. Во-вторых, мне не терпится увидеть Лилю.

— Ты мне угрожаешь? — тоже становится серьезным.

— Воспринимай это как хочешь.

По лицу Довлатова пробегает тень страха. Естественно, ему известно, какое у меня влияние на тренера нашей сборной.

— Выкладывай, что тебе от меня нужно."

"— Шесть лет назад на мою девушку заказали нападение. Когда я уехал в Германию и подписал контракт, ее очень жестоко избили. Я долго думал, кому это могло бы быть выгодно, и пришел к выводу, что тебе. Ты меня ненавидел, ты мне завидовал и вполне возможно, что ты хотел мне таким образом отомстить.

По мере своего рассказа внимательно слежу за тем, как меняется выражение лица у Довлатова. Из недоуменного оно вытягивается в изумленное.

— Бля, да ты охуел такое на меня вешать!? — возмущённо восклицает, да так громко, что на нас оглядываются посетители за соседними столиками. — Ты че, правда думаешь, что я слежу за тем, кого ты трахаешь? Твои тёлки — последнее, что меня интересует в этой жизни.

Реакция Тимура очень даже правдоподобна. У него на лбу нарисовано возмущение, мол, да как ты вообще мог такое подумать.

— И тем не менее мою девушку жестоко избили, — чеканю. — Сделал это кто-то, кому я перешёл дорогу. А перешёл я ее только тебе.

— Бля, Свиридов, иди на хуй! У тебя совсем все плохо с башкой? Да я знать не знаю никаких твоих девушек.

— Она была на каждом моем матче, сидела в первых рядах.

— Ты реально ебнутый. Мне во время матча, наверно, больше заняться нечем кроме, как пялиться на трибуны и разглядывать твою тёлку.

Очевидно, что это был не Тимур. Можно не спрашивать дальше. Он бы меня избил, а не Лилю. И сделал бы это до того, как я подписал контракт с немцами, а не после.

Устало падаю на спинку стула и шумно выдыхаю. Это реально тупик. У меня ни идеи, как дальше двигаться с расследованием. Просмотрел все свои старые матчи, наделал скриншотов с усатыми мужиками на трибунах. А ни одного из них не знаю.

Но я должен, должен найти того, кто сотворил такое с Лилей. Буду искать, пока не найду эту тварь. А когда найду… Блядь, я за себя не ручаюсь.