Я тебя верну

Одно только помню, как Геннадий Викторович задал мне вопрос об отце, так вот тогда он сказал, что “его репутация бежит впереди него”. А мам? Почему так? Им бы гнать меня тогда, куда подальше от своей дочери. И ты знаешь, я бы так и сделал, если бы не дай Бог с моей женой так поступили в свое время. Но нет! Они даже в гости приглашали. Меня, мам! — все время моего рассказа, я смотрел на нее и ждал, что она хоть что-то скажет, но нет. Мама молчала. — А из-за прихоти моего отца и его больной одержимости, я не могу взять своего сына на руки, не мог во время беременности Миры, дотрагиваться к ней. Не могу даже сейчас поехать к ней и устроить ей незабываемый праздник и засыпать подарками, за то что она сделала. За сына! Так вот теперь назревает вопрос: как те люди, которые должны были бы ненавидеть всех нас больше всего, смогли так отнестись ко мне и к моему ребенку, которого они же теперь и воспитывать будут? Подумай над этим мам. Потому что я не могу пока найти ответ на этот вопрос.

Я поднялся и пошел в столовую, сил не было больше находиться в одной комнате с матерью. Да и есть хотелось. Последствия моего похмелья.

Мама пробыла у нас почти до вечера, но когда приехала Настя, она быстро засобиралась домой. Хотя мне было тревожно за нее, но уговаривать остаться, я не стал. Мне и самому хотелось сбежать куда-нибудь, но спасло то, что сегодня моя женушка решила отмалчиваться, только косо поглядывала на меня периодически.

Вечером мне позвонил Мот и отчитался по работе ребят, которые следили за Настей сегодня. И, как обычно, все было до банальности просто. Немного выбивалось из картины то, что она поехала к моему отцу. Это даже напрягло меня. Но Мот пообещал все проверять и вдруг чего, сразу сообщать мне.

Еще день без вас моя Колючка, но я выдержу. Все выдержу!

Глава 35

Мира…

Мы дома.

Смотрю на комнату, которую мне отдали родители и слезы сами текут из глаз.

— Как? Когда? — только и могла шептать.

А за моей спиной стояла вся семья и улыбались так тепло и ярко, что все вокруг, казалось, начинало светиться.

Вся комната визуально была поделена на две зоны: для меня — кровать, кресло, светильник красивейший, шкаф, и для Яроши — кроватка, комод с пеленальный столиком, мобиль, отдельный шкафчик для всяких принадлежностей, что уже был наполовину заполнен и просто огромная куча самых разных игрушек и упакованных еще подарков. Вся комната была сделана в бело-голубом тоне, с небольшими добавками серого. И так тут было красиво, что словами не передать.

— Спасибо вам. — только и смогла я прошептать.

Мама с папой только сейчас переступили порог комнаты и все так же улыбаясь обняли нас с двух сторон.

— МЫ вообще-то тоже хотим обниматься. — наиграно грозно прошептал Женя, но улыбаться не перестал.