Я научу тебя любить

— Аня… — С уст Корнея слетело последнее предупреждение, но у Ани тормоза уже отказали — не помогло бы.

— Купил? Пользуйся.

Сарафан соскользнул к ногам.

Корней долго смотрел на него — ткань обручем у ее ног. Далеко не сразу начал поднимать взгляд. По щиколоткам, коленкам, бедрам, сжатым в кулаки рукам, плоскому животу, ребрам, яростно вздымающейся груди, трогательно выступающим ключицам, подбородку, плотно сжатым губам, то и дело расширяющимся ноздрям до глаз…

Стеклянных. Пустых. Злых. Не Аниных будто. Не его Ани точно.

И смотреть в них невыносимо. Поэтому он отвернулся. Приблизился к стене, вжался в нее кулаком. В него — лбом. Снова молчал. Дышал, слыша, как сам же сглатывает. Знал, что она так и стоит. Голая. Ждет чего-то. А он…

— Сука какая…

Оттолкнулся. Долбанул так, что по квартире пошла цепная волна звуков. Развернулся. Окинул Аню взглядом. Понял, что подходить по-прежнему не надо. Хуже сделает.

— Оденься, пожалуйста. Холодно. И дай мне пять минут. Потом поговорим.

Видел, что она оседает вслед за тканью, вновь пряча лицо в ладонях. Хотел бы оказаться рядом, но сейчас нельзя. Им надо немного успокоиться. Поэтому вышел из квартиры, вцепился пальцами в волосы, оттягивая с такой силой, будто скальп себе хочет снять, остановился у стены, упершись в нее руками, опустил голову, сначала глядя на напольную плитку, потом закрывая глаза. Перед которыми — белые пятна ярости.

Потому что все не должно было случиться так.

Глава 36

Корней вернулся в квартиру, услышав из-за приоткрытой двери слишком странные звуки. Прошел на кухню, остановился, глядя…

На Аню, которая зачем-то гремит посудой. Достает форму, масло, капает, начинает растирать пальцами.

Спокойная. Сосредоточенная. Одетая. Бледная, по-прежнему подрагивающая.

— Ань… — скривившаяся, когда окликнул. Не глянувшая даже… — Что ты делаешь? — ответившая на вопрос передергиванием плеч. Пошла к холодильнику, достала контейнер с чем-то… Кажется, замаринованным мясом… Поставила рядом с формой… — Аня, пожалуйста… Давай поговорим…

Корней следил, чувствуя себя клиническим идиотом, как она открывает контейнер, достает, раскладывает… Никак не реагирует на обращение. Слишком занята, вероятно…

Только бросает быстрый предостерегающий взгляд, когда он пытается сделать шаг ближе. Дожидается, пока остановится… Двигается сама и двигает все свои вещи в сторону. Так, чтобы дистанция между ними не сократилась… Продолжает…

Замкнулась.

— Отложи на пару минут. Я хочу, чтобы ты меня послушала…

— Тебе на работу надо. У тебя встречи.

Сказала, бросая короткий взгляд прямо в глаза. И снова в ее — стекло. Скользкое. Не пробиться. А попытаешься… Изуродуешь ее осколками. Не себя даже.

— Я не поеду никуда, пока мы не поговорим. Пожалуйста.