Тебе принадлежу (СИ)

Да, там, за дверью, в коридоре находится охрана, можно попытаться отвлечь Стаса и рвануть к двери, позвать на помощь, можно даже попытаться выхватить у него пистолет, но нет у меня уверенности в том, что, занервничав, парень не нажмет на курок. А потому я отметаю эту идею, Юля, кажется, разделяет мои мысли. К тому же непохоже, чтобы Стас хотел нам навредить, он больше похож на отчаявшегося зверька, загнанного в угол и из последних сил цепляющегося за надежду остаться в живых.

—Чего ты хочешь, Стас? —

— Я хочу, чтобы твой жених оставил меня в покое, перестал меня преследовать, — отвечает он и шумно вздохнув, опускает пистолет, зарывается пятерней другой руки в волосе и поднимает голову к потолку. — Я не хотел, чтобы все так вышло, ты мне и впрямь нравилась, Кать…я просто не мог поступить иначе… Денис хотел, чтобы я подкрался ближе к Деминым, — он делает паузу, — логичнее было бы подкатить к тебе, — кивает на Юльку и та фыркает в ответ, — но все как-то само получилось, ты, Кать, оказалась в нужное время в нужном месте, — намекает на нашу с ним первую встречу.

—Ближе к делу, — произносит Юлька тоном, так сильно напоминающим тон ее родного брата.

— Ты мне понравилась, сильнее, чем можешь себе представить, — продолжает Стас, не реагируя на слова Юльки. — Использовать тебя с каждым днем становилось все сложнее, а потом ты пришла ко мне, такая взволнованная, я сразу заподозрил что-то неладное и прежде, чем мы…в общем, когда ты сказала, что Демин решил на тебе жениться, я подумал: вот он шанс, мой шанс прекратить этот спектакль, отпустить тебя с минимальными потерями.

— Ты мог просто рассказать.

— Не мог, Катя, ты бы не ушла, а мне нужно было, чтобы ты ушла, сама и, чтобы на то, была весомая причина. Я думал Денис отступит, решит зайти, с другой стороны, раз уж так случилось, что тобой заинтересовался Демин, а вышло, наоборот. Через несколько дней после того, как я выгнал тебя из квартиры, Денис удивил меня, приказал вернуть тебя, любым способом, уговорами, угрозами, неважно. Вынудил снять побои и…

— Тебе не пять лет Стас, ты мог не учувствовать во всем этом, отказаться, прийти к нам в конце концов, — меня злят его оправдания, попытка выставить себя невиновным, мол, я так, мимо проходил и вообще не при делах. Все плохие, а я один хороший. Я прекрасно помнила его поведение, его слова в последний наш разговор, его угрозы. Не было похоже, чтобы его к чему-то принуждали.

— У тебя все просто да? — усмехается, опирается спиной о стену и сползает по ней на пол. — Моя мать, Катя, почти шесть лет была заложницей этого ублюдка, — вздыхает Стас, повергает меня в шок своими словами. — После смерти отца, его брат отчего-то решил, что она — его собственность.

— Ты говорил, что твои родители погибли, оба, — произношу, не понимая к чему он клонит.